Светлейший-3. Служба по расчету

Судно Матвея Сергеевича представляло собой старенький, но очень ухоженный катерок. Было видно, что дед очень о нем заботился.

— Еще можете передумать, — предупредил он. — Я на сам остров не совался, страшновато мне. И за вас переживаю.

Мы с Аграфеной переглянулись, и она укоризненно покачала головой в ответ на мою улыбку.

— Ничего, Матвей Сергеевич. Мы будем осторожны.

— Если что, вот мой номер. Сразу звоните, я постараюсь вас подобрать. Там не всюду подойдешь, но разберемся…

Мы забрались в катер, и старик отшвартовался.

— Жилеты проверьте! Техника безопасности кровью писана!

Тут меня дважды просить не пришлось. Мы-то с Феней давно на воде — все же сами на берегу залива жили столько лет. А вот жилет Оксаны я перепроверил и понадежнее застегнул.

— Волна маленькая, ветерок слабый. Нормально дойдем.

Катер потихоньку вырулил из бухты, и мы оказались в проливе, отделявшем Владимировку от острова.

Вообще, Коневец был местом во многом уникальным.

Он находился где-то в шести километрах от берега и был не таким уж и маленьким для озера: длиной около пяти километров, шириной — примерно два. И судьба у острова была трагической еще задолго до гибели императора.

Когда-то он считался святой землёй, по значимости сравнимой со знаменитым Валаамом. Еще аж в четырнадцатом веке преподобный Арсений Коневский основал на острове монастырь. Главной святыней обители стала чудотворная икона, привезённая из самого Афона.

Монастырь неоднократно переходил из рук в руки — шведам, финнам, русским, его разрушали и восстанавливали. А в позапрошлом веке он обрёл всероссийскую славу, когда его посетил император Александр II. С тех пор для правящей семьи стало традицией почти каждый год приезжать в это святое место.

Именно эта традиция и погубила моего дядю-императора и сделала инвалидом его сына, императора нынешнего.

Катер по широкой дуге приближался к острову с юго-западной стороны.

— Вон причал! — показала Оксана.

— Да, но туда я вас не повезу. Слишком хорошо просматривается. Вам, ребятки, придется идти через лес. Хорошо, что сапоги и ботинки надели. Там змей развелось немерено, говорят. Пока монастырь действовал, ни одной змеи не было. А как монахи ушли, они появились не пойми откуда…

— Интересно.

— Раньше и правда ни одной змеи не было, хотя они в этих местах в избытке водятся, — пояснил Матвей Сергеевич.