Мир падающих звёзд IV. Духов день

— Ну, Владимир, где был, чего видел? О, да ты с другом. Скоро всё Поречье в Смоленск перетащишь?

— Подмастерье мой, — кивнул я на Захара. — Осваивается… Слушай, Илья Ильич, к делу сразу. Куда ты там Головина-то упаковал? Я думаю, он уже размяк, можно с ним побеседовать.

— Отчего ж нельзя. Извольте, побеседуем!

Через пять минут Илья Ильич был полностью одет, причёсан и вообще готов к выходу в свет. Только вот свет, должно быть, его не очень жаловал. Среди аристократов как-то не в моде силовые тренировки. Вот верховая езда, например, или в карты проиграть пару деревень — да.

А вот это вот всё — ну его в болото.

Впятером мы дошли до тюрьмы, где в подвальном помещении, в сырой одиночной камере тосковал официально мёртвый Головин.

— Итак, — сказал я, поставив стул посреди камеры и усевшись на него. — Напомни-ка, на чём мы с тобой в прошлый раз остановились? А, да: Троекуров.

— Это страшный человек, — тут же откликнулся Головин и перекрестился. — Я спать не могу.

— А какая связь?

— Только глаза закрою — его вижу.

Стоит, ухмыляется, руки ко мне тянет… И пальцы — как будто в самое нутро! Просыпаюсь, сердце колотится, самого трясёт…

— Паническая атака обыкновенная, не нагнетай. Давай-ка по порядку. Троекуров — он кто? Колдун, как я понимаю?

Это, конечно, было бы из ряда вон. Колдуны могли жить относительно без палева в деревнях, но всё равно предпочитали отшельничество. А уж колдун-аристократ с нехилым влиянием в обществе — это вовсе чудо какое-то.

Хотя, с другой стороны, охотники-аристократы тоже на деревьях не растут, как яблоки…

— Он не колдун.

Он — хуже! — заявил Вольфганг. — Колдуны перед ним по струнке ходят.

— О как. И много их тут таких циркачей, по струнке ходящих?

— Я только двух видел. Но они его боятся так же, как я.

— Ясно. А для чего Троекурову могло понадобиться принимать твой облик или создавать твоего двойника?

Вольфганг развёл трясущимися руками. Перелом я ему вылечил ещё той ночью, когда привёл к Илье Ильичу в дом. Не лекаря же тащить к покойнику.

— Предположи, — посоветовал я.

— Ну-у-у… Эм-м-м… Он, может, просто хотел, чтобы те, кто меня видел, думали, будто я жив?

— Зачем?

— Ну-у-у… Эм-м-м…

— Ладно, — вздохнул я. — Аналитика бессистемных данных — не твоё. Попробую я. Троекурову надо было встретиться с кем-то, с кем мог встретиться только ты. И что-то от него получить. Информацию, деньги, ресурсы… Ага, вижу, в голове у тебя что-то стрельнуло. Поделись-ка соображениями.

— Наина… — прошептал Вольфганг.