Поступь крови. Перерождение

Ничего себе! Получается, я стал новым злодеем? Неожиданный поворот, но не критичный. Я свяжусь со службой безопасности Российской Империи чуть позже и предложу сотрудничество. Надо только убедиться, что хотя бы с Демонскими прорывами в этой жизни ничего не изменилось и они происходят в одних и тех же местах.

— Русланчик, — мой кашель разбудил маму, и она встрепенулась, сонно моргая. — С тобой всё хорошо?

— З-зам-мечательно, — ответил я.

Выражение её лица было встревоженным и виноватым. Однако мама наигранно весело улыбнулась и фальшиво-радостным тоном сообщила:

— Тебя сегодня выписывают.

Мы возвращаемся домой! Ты будешь выздоравливать в знакомой обстановке. Я уже всё подготовила, и в твоей комнате тебя ждёт Кукуруз и Шляпник. Ты помнишь свои любимые игрушки? — мама погладила меня по руке и вытащила из сумочки помятую плюшевую морковку. — Я принесла мистера Оранжевого, чтобы тебе было веселее ехать домой.

— Я в-вз-зрослый, — с осуждением сказал я.

— Ой, больно быстро ты взрослым стал, — смущённо проворчала мама и спрятала морковку в сумочку.

Она помогла мне умыться и переодеться, усадила на кровать и с сожалением взглянула на инвалидную коляску. — К сожалению, больница не арендует оборудование, так что придётся немного попотеть. Ну ничего, справимся. Посиди, а я пока заберу рекомендации врача.

Её движения были суетливыми, и она прятала взгляд. Любопытно. Я усилил слух, чтобы подслушать её разговор с моим лечащим врачом. Мамины шаги звонко зацокали по коридору, она спросила у медсестры, где Василий Иванович, и поспешила в глубь коридора.

Тук-тук-тук. Пару секунд стояла тишина, и мама постучала снова. Тук-тук-тук.

— Войдите, — разрешил Василий Иванович. Его голос резко изменился. В начале слова, на слоге “вой” он звучал приветливо и добро, но “дите” было осуждающим и немного сердитым. — Здравствуйте, госпожа Звягинцева. Вы желаете услышать мои назначения, чтобы все их нарушить?

— Я не собираюсь их нарушать, — возмутилась мама. — Не моя вина, что в ОМС не входит забота о больном ребёнке! Вам не стыдно осуждать меня за бедность?

— Я не смог бы вас осуждать, даже если бы хотел.

Медицинская этика, — спокойно произнёс Василий Иванович. — Но и разрешить вам проводить физиотерапию в стенах больницы я не могу, для этого есть специалисты с высшим образованием.

— Да-да, я помню, — раздражённо перебила мама. — А если откажусь от услуг ваших специалистов, вы вызовете сотрудников ПДН. Зато если я просто выпишусь и избавлю вас от проблем, то… — она хмыкнула.