Поступь крови. Перерождение

Судя по всему, она звала меня уже довольно долго. Я улыбнулся и сказал:

— В-всё х-хорошо.

Такси остановилось около одноэтажного домика из красного кирпича. Частный сектор. Вокруг — шикарные особняки с высоченными заборами. Наш домик с метровым штакетником выглядел на их фоне почти убого. Мы вылезли из машины и зашли во двор. Ворота давно не красили, асфальт во дворе был весь в рытвинах и буграх. Справа, на железных столбцах, вился виноград. От крыльца шёл небольшой навес, под которым стояла лавочка. На ней без задних ног дрых дедок.

От него несло перегарищем, к груди он трепетно прижимал пустую бутылку водки.

— Вчера же обещал! — всплеснула руками мама и в сердцах швырнула в дедка грязную тряпку, которая висела на винограднике. Тряпка упала на лицо деду, но тот лишь всхрапнул и перевернулся на правый бок. Мама покачала головой и завела меня в дом. — Вообще ты жил в первой комнате, перед прихожей. Но так как ты выздоровел, да и взрослеешь быстро… Мальчику нужен свой угол, чтобы заниматься своими мальчишескими делами, а?

Мама подмигнула мне и с некоторой торжественностью сообщила:

— Я очистила третью комнату.

Теперь там не кладовка, а твоя спальня.

— С-спасибо, — поблагодарил я.

Обстановка была скудной. Только самое необходимое. Мда, творится какая-то несуразица. Ну не может управляющая в доме герцогов жить настолько бедно! Бред! У мамы нет возможности оплатить мне физиопроцедуры, а это ведь не баснословные деньги. Интересно, а что в холодильнике? Родниковая вода и прошлогодний хлеб? Я покосился в окно, на спящего деда.

Неужели старикан отнимает у мамы все деньги? Не хотелось думать, что мама страдает какой-нибудь игроманией или тратит зарплату на альфонсов.

— Чаю? — предложила мама. — Я купила твоего любимого печенья. С топлёным молоком. Ты всегда мычал, когда я его размачивала и…

Её прервал грохот. Кто-то с силой тарабанил в ворота. Лицо мамы вытянулось от испуга, руки задрожали. Она явно пыталась подавить эмоции, но не получилось. Скрипнула калитка, и во двор вошли три амбала.

Впереди шёл главарь — выпяченная челюсть, шрам на полголовы и кобура на поясе. Он презрительно посмотрел на спящего деда и без стука вошёл в дом. Его шестёрки остановились на пороге, окинув маму плотоядными взглядами.

— Марусь, ну мы же договаривались, — протянул главарь. — Ты обещала сегодня принести деньги. Или всё-таки решила расплатиться по-другому?

Мама побледнела как снег и сделал шаг вперёд, закрыв меня собой.