Легенда Златоземья. Сказки апокалипсиса: Вино и мёд.

– Ну, вспыльчивый, а тебе что за дело от моей вспыльчивости? Ответил в грубой форме литвин Язэп, подземному царю Шчыликуну.

– Простите ваше превосходительство. Начал второй раз извиняться татарин — липка Вага, за своего напарника.

– Да не нужно извиняться, пустяки. На этот раз, в доброй форме, ответил Шчыликун. - Давайте так,- продолжил он свою речь. - Вы знаете, что вы от меня хотите. И я знаю, что я от вас хочу. Вы хотите от меня, что бы я снял свою порчу с князя полоцкого.

А я хочу от вас. Чтобы вы достали мне в озере Сьвицязь, «Царь – кветку» и я сниму своё проклятье с князя. Больше он не будет превращаться в волка, и пожирать людей.

– А не обманешь? Усомнился в словах Шчыликуна литвин.

– У вас выбора нет, или я снимаю проклятье, или ваша репутация, будет подмочена! Вас во всём Златоземье, будут воспринимать не как специалистов, которым можно доверить любую работу. А будут воспринимать, как неудачников, которым нельзя ничего поручить! Репутацию трудно, заслужить, а если, добьёшься, то её можно легко потерять! – улыбнулся ехидной ухмылкой бес.

Он решил наших героев пошантажировать, дабы они выполнили его поручение. Чёрт умел сказать так убедительно людям, что бы они ему поверили.

– Ну что ж, выбора у нас и так нет. Придётся выполнять твоё поручение, царь подземелья, - промолвил липка Вага.

– Я так и думал, что мы будем, выполнять ещё чьё то задание. Чувствовало моё сердце! Вздохнул литвин и зашагал к выходу пещеры, а за ним и татарин.

Царь подземелья был доволен такой сделкой с генрагонами, и теперь он точно был уверен, что княжеская дочка, выйдет за него замуж. И во всём златоглавом граде Полоцке, разнесётся новость о свадьбе и будет пляска и веселье. Красота! Выбравшись из подземелья, генрагоны вскочили на своих коней, дали поводьями, чтобы те двигались и жеребцы прытко, поскакали к озеру Сьвицязь. ________

*– Выбачайце (Извините).

[11] Черти – прашки, прахи – бесы, которые представлялись малоспособными или ленивыми новичками, что были у чертей на побегушках. Сами они по собственной воле не цеплялись к жертве, и поэтому не несли опасности. При исполнении поручений чертей, прашки коверкали их намерения, за что терпели от чертей наказания. При всей своей простоте, прахи не лишены были дьявольской злобы на людей с желанием им вредить. (Взято из беларуской мифологии).