Самозамещение Ичиго Куросаки

Боль от последнего бездумного удара Куросаки при напряжении уже почти не ощущалась. Практически, Урю нужно было лишь открыть окно и семнадцать раз выполнить скачок хиренкьяку. Возможно и десять, но тогда бы возникли сложности с отслеживаем окружающей обстановки, а это совсем не то, чем позволительно жертвовать с мишенью на спине.

Первый скачок оставил позади всякий намёк на сонливость. Прохладный ветер и приток адреналина просто не оставили ей ни единого шанса.

Второй, третий и четвёртый скачки заставили его мысли сосредоточится.

Он сделал выбор, вместо мучительного ожидания предпочтя принять последствия.

С пятого по восьмой сосредоточенные мысли становились уверенными действиями. Вбитые бесконечными тренировками навыки обеспечили наивысшую эффективность и скорость перемещения, а сочетание зоркого глаза лучника и обострённого до максимума чутья на духовные частицы предупредило бы о любой угрозе.

От девятого до двенадцатого он просто наслаждался движением. Не расслабился, не потерял бдительность или перешёл на прогулочный шаг, но довольствовался общей слаженностью отработанной до совершенства техники.

На тринадцатом скачке закралось подозрение. Вдруг шинигами готовят там засаду, каким-то образом узнав, что ему понадобится вернуться в парк? Или же решили прочесать местность на предмет других гинто в форме ловушек, ошибочно полагая, что они могут навредить им и без команд Исиды?

Скорость четырнадцатого, пятнадцатого и шестнадцатого скачков заметно снизилась, как и их дальность.

Угроза засады, да даже случайной встречи с неопределённым количеством шинигами имеет под собой логическую основу и не должна игнорироваться. Сколько бы их душ не уничтожит Урю, его кончина всё равно станет победой шинигами над квинси.

Это недопустимо. Впрочем, отступать тоже уже поздно. Оставалось лишь предпринять меры предосторожности.

Итак, девятнадцатый скачок хиренкьяку привёл его не совсем к запланированному месту, свернув в бок и продолжившись серией ещё пяти аккуратных прыжков вдоль периметра парка, чтобы дать черноволосому юноше возможность сформировать и просмотреть местные духовные нити.

Увидев среди них одни только белые цвета без малейшего намёка на красный, что всегда характеризовал присутствие шинигами, Урю решился наконец забраться внутрь парка.

Там его интересовала уютная беседка в отдалении от остальных построек здорового досуга на свежем воздухе.