Первый шаг Некроманта. Том 2

— Ви от кого? — резко повернулся ко мне мужчина в халате с закатанными рукавами, обе руки у него выглядели как у старика, но самому ему не больше тридцати, высокий, под два метра ростом, но чрезвычайно худой и с квадратными чертами лица.

— Вы Ларазеривич? — спросил я его.

— Допустхим.

— Я по поручению Репнина, зашёл узнать про вашу сбежавшую химеру… Чёрт! — я чуть не выругался, когда мимо меня прошёл козёл с человеческой головой.

Рваный ободок на шее, был зашит грубыми нитками, а края уже начали отмирать.

— Это несовершхенный модэл, — заметив мой интерес, сказал химеролог.

— Деньги есть — Иван Петрович, денег нет — поганый сволочь, аха-ха-ха! — прокричала голова, глядя на меня, но в глазах не читалось смеха или радости от сказанного.

— Она умеет говорить? — я нагнулся поближе, пытаясь понять, как некроманты соединилм кровеносные сосуды и заставили мозг нормально работать.

— Яа, но айн кляйнес бисхен, чушуть

— Деньги есть — Иван Петрович, денег нет — поганый сволочь, аха-ха-ха! — снова закричал «козёл» и, разбежавшись, попытался удариться лбом в стену, но на него тут же напрыгнули ассистенты Лазаревича.

— Деньги… Петрович…сволочь… — пыхтела разбушевавшаяся химера, пока её привязывали на цепь и засовывали в рот кляп, чтобы не мешала благородным господам беседовать.

— Бывший чиновник, — ответив на немой вопрос, повернулся ко мне работник, — осуждён за взяточничество. Всё равно бы казнили, чего добру пропадать? — он говорил почти на чистом русском и словно искал у меня оправдания. — А так человечеству ещё послужит.

— Ясно, — я не стал лезть в моральный спор, в любом случае у меня уже было стойкое сформированное мнение относительно этих отбросов общества, поэтому я просто попросил принести личные вещи сбежавшего, чтобы Ломоносов смог взять след.

— Артëм, — шёпотом обратился ко мне Иван, когда все отвлеклись на химеру, — мне тут не нравится, да и внизу у них невесть что творится.

Мне тоже не пришëлся по душе этот Лазаревич. Он был похож на богомола в белом халате. Такие же длинные конечности и широко поставленные глаза.

— Что там тахое?

— Иван башку себе отморозил! — ассистент пнул труп с замёрзшей головой, и та, упав на кафельный пол, откололась и закатилась за кушетку.

— Я запишу это на вхас, штгаф! — взвизгнул Карл. — Убиряйте его, живо! Столько рабготы на смаргку, идиоть!

Пока работник ложился на живот и вылавливал укатившуюся голову, я задал вопрос.