Михаил Освобожденный. Том II

– Сестра отца…

– Я не про это спрашивал, – бросил раздраженно.

Бобыркин тут же поправил себя, сообразив что я от него хочу:

– Она ведьма.

В углу складского помещения стоял магический станок, с «печатающей» ударной частью. Выглядел он мрачным кубом-големом – древним и дремлющим магомеханическим «старичком».

Перед красоткой – рыжей и зеленоглазой тётей Сандрой стоял таз. Рядом тело парня лежало.

В тазе кровь и множество блестяшек: зеркалец, ножей, украшений золотых. Я сверху хорошо все разглядеть мог.

Не нужно обладать особым интеллектом, чтобы понять – из жертвы всю кровь на вещи «вылили».

Поморщился.

Что тут можно сказать?

Демоники – дикари. Демоникам смерть и никаких переговоров.

Магическое зрение продемонстрировало, что люди здесь – бесы. А над тазом с безделушками сгустился «паук» черной магии.

Густое нехорошее заклинание, от взгляда на которое меня замутило… Чернильные копошащиеся нити – пухлое маго-образование.

Скверна таланта и плетений.

Бесы подходили по очереди, целовали руку ведьмочке, а потом забирали окровавленную вещь из таза. Несли к станку.

Станок, устало гукая, впечатывал мохнатое «семя» проклятья прямо в вещь.

Тогда кровь с проклятого артефакта испарялась. Секунда работы и оружие диверсий готово.

Ну, ничего… Мы к ним с карой небесной притащились… Быстро звездюлей по заслугам выделим.

Сандра какое-то время что-то рассказывала на непонятном языке. Активно так: с жаром, с криками. Кубышка памяти Михаила говорила, что это латынь.

Когда закончила, одержимые захлопали, засвистели в одобрении – и здоровущий черт вывел из чулана поколоченную пленницу, брюнетку в синем платье.

В нескольких местах одежда на ней изорвана, и ей приходилось придерживать ткань, чтобы грудью не светить. Тушь на половину лица растеклась. И здоровенная шишка на лбу красовалась.

Посмотрел в магическом зрении – пленница почти что маг.

Серая сфера скоро сформироваться должна. Вероятность, что она дворянка – высокая.

– Надо спасать, – хмуро сказал, кивнув в сторону пленницы. – Будут кровь лить.

– Надо так надо, – меланхолично отвечал Душелов.

– Готовность…

Ведьма сплела черную пентаграмму перед пленницей и из нее, вырос козлорогий монстр.

Черти заулюлюкали.

– Дядька! – кричали во все глотки. – Дядька-пус!

Силой ведьма разложила пленницу.