Михаил Освобожденный. Том II

А ты то молод…

С такими разговорами мы и забрались в Датсян.

Вечер уже был.

Опять поездка, досмотр и вот вернулись…

У входных ворот Плуто сидел. Он жезл, с черным черепком на конце, чистил тряпочкой.

Про адепта Плуто и поддержку его при встрече совсем из головы вылетело…

Вытащился из машины, сказал остальным быть свободными, выслушал от Барабашкина длинное громкое «Ура-аа!», и пытаясь поясницу в порядок привести, подошел:

– Я не опоздал?

– Нет, – отозвался оборотень. – Но нам нужно спешить. Скоро собаки явятся…

С иронией взглянул на облезлого, частично седого Плуто и, хмыкнув, кивнул.

Отправился к Базару.

Народа сейчас почти и не было. Торговцы свои шатры потихоньку сворачивали.

Возле «Магазина магических косточек» волот ждал, прислонившись к стене.

– Воевода – это Войцех, – кивнул Пулто на волота.

– Приятно, Воевода, – прохрипел тот. – Живой еще, значит драться любишь, умеешь, практикуешь.

– Я маг.

– Драка – это не про кулаки, – он ухмыльнулся от чего его морда совсем бандитской показалась.

Понятно, какой-то великан с прибабахом.

Спорить не стоит.

– Войцех – странное имя.

– Польские корни… – развел он руками.

– А…

– Там ничего больше нет. Только смерть и пыль.

Ну мне сразу стало абсолютно нечего сказать после такого комментария.

Так и стояли, ждали.

Через десять минут со стороны Стены показалась тройка, которую мы и ждали.

– Ой-ей.

– Собери яйца в кулак, Воевода, – ухмыльнулся Войцех.

С левой стороны шло тонкое существо, аж три с половиной метра ростом – копытами вышагивало…

Обернутое в куски кожи, грубо сшитым образом. И поверх еще веточки с ягодами, колючки, лопухи, шишки какие-то висели. По бокам – скрученные сурки, а спереди – поломанный журавль.

Лицо у монстра тяжелое, носатое.

Так-то нелепое создание. Но когти… вот когти меня напугали. В половину метра длиной, выглядели как десятка сабель. Учитывая габариты монстра и его силу, удар такой лапой должен быть чудовищным.

– Это серел, – объяснил Плуто. – Тюрский типчик. Как наш леший, только с восточных пустошей…

С правой стороны шла прекрасная девушка в шелковых одеждах. У нее длиннющие черные волосы, аж до пояса тянулись – бесконечно красивые, гипнотизирующие.

Да и сама она жуть как хороша – миндалевидные глаза, пухлые губки, загорелая, с крутыми бедрами.

А еще завешена золотыми и серебряными украшениями, будто из сундука сокровищницы сбежала.