Митра

Хван Самнанг обнаружил на стуле свои доспехи, свое траурное облачение, и шляпу нонбайтхан. Спешно позавтракав, едва пригубив Сомы, рыцарь облачился, и вышел из дома.

Проходя по уже знакомым улицам, Хван Самнанг будто в последний раз разглядывал неширокие улочки городка. Воинственные и жутковатые барельефы с причудливыми изображениями фантастических сцен необузданной охоты.

Люди вокруг занимались своими повседневными делами. Все так же тяжело хлюпали деревья на болотцах. Разрушенная радиовышка на горизонте выглядела сегодня как жуткий покорёженный глаз на стебельке.

Стебелек этот склонился в сторону Хван Самнанга, отчего “взгляд” вышки казался излишне внимательным и пугающим.

Без проблем добравшись до площади, Хван Самнанг обнаружил, что его уже ждут. Четверо рыцарей-с-зашитыми ртами были облачены в свои доспехи и маски. Среди них был и Древний.

- Мы возьмем один корабль. Я думаю, наши сородичи скорее пойдут на мировую, если мы придем извиняться не всем племенем… - Древний издал что-то наподобие смешка.

- Пожалуй ты прав.

Хван Самнанг несмотря на отвратительную ночь и усталость, испытывал нечто вроде воодушевления. Он испытывал вину перед Тханг Висной, и другими обитателями Храма Митры за то что он сам того не ожидая предал их.

Рыцарь даже близко не представлял, как пройдет их встреча, но этот диалог должен был состояться. В этом был Замысел следующей пары недель. 

Вскоре к группе присоединилась и Свай Тиен. На ней была маска, которую Хван Самнанг раньше не видел. Это было человеческое лицо, вылепленное из множества вороньих черепов.

От лица в разные стороны расходились костяные наросты, из-за которых верхняя часть головы походила то-ли на корону, то-ли на архаичный солнечный диск. Вся маска была переплетена медной проволокой, и разукрашена красными и оранжевыми растительными орнаментами.

Придя на площадь, Свай Тиен обняла Хван Самнанга. 

- Все будет хорошо.

- Да, я знаю. И снова спасибо…

Взяв провизии с запасом, и полюбившейся Хван Самнангу Сомы, компания поднялась на борт небольшого баркаса.

Древний уселся под парусом. Треск, с которым широко раскрылись его глаза, был почти слышен. Это был как воображаемый раскат грома.

Парус натужно заревел, и корабль двинулся вглубь версумана, прочитывая путь к границе Кольца Грибов.

Свай Тиен протянула баночку масла, и Хван Самнанг послушно натёр доспехи. Невероятно хотелось Жить, и это воодушевление связанное с тревогой, формировало эмоциональное состояние Хван Самнанга целиком.