Наномашины, первоклашка! Том 4

Да я из Ада выбирался в том числе, чтобы и в школу с Максимкой походить… чтобы детство было…

И что, отбой? Не достоин?

— Но мы бы сейчас не говорили, будь это действительно так, верно? – надавила мама.

— Скажу честно – я хочу возвращения Михаэля. Он показал себя как очень способный и хороший мальчик! Но ПРИЁМ – закрыт. И я ничего вам не советую, вы не подумайте, но просто, скажем так, напоминаю… что ПЕРЕВОД ученика по обмену всё ещё возможен.

Родители переглянулись. Я воспрял духом!

Я… я могу попасть в школу? Прям в эту? Ес, ес, ес!

— Я, Госпожа Смоленцева и госпожа Альфаро намекнём комиссии, что вас стоит принять.

Но вы должны начать процедуру перевода. Плюс – отрастить руку. Бассейн, кружки, высшее общество, сами понимаете.

— Меня начнут унижать? – я глянул на культю.

— Я этого не говорила.

Она права. Сейчас я милашка с разноцветными волосами и вишнёвыми глазами, от которого очень вкусно пахнет. На меня БУДУТ смотреть. А инвалидность даст повод для унижений при гарантированном внимании.

А я… увы, инвалид.

Отчего грустят родители, и нервничаю я.

Пора к Альберту. Срочно.

А вот американцы бы мне уже… эх, ладно-ладно, за бургер родину не продам. Хотя я люблю бургеры… с котлеткой… и картошкой фри…

Ну вот блин, теперь может и продам.

«Блин, нельзя голодным детям доверять тяжёлые решения…», - я схватился за урчащий животик.

Все это услышали и посмеялись. Над моим урчащим животиком! Вот и разрядил, ёмаё, атмосферу. Не за что! Лучше покормите ребёнка!

— Ладно, спасибо вам большое. Мы вас услышали.

Придётся… поломать голову, как сделать его переведённым учеником. И откуда, - отец улыбнулся и взял меня за руку, - Пойдём, Миша, покушаем, а то сейчас столы есть начнёшь. Что хочешь?

— Бургар!

— Но это же вредно…

«Мы справимся»

— Мы справимся.

— Тогда сначала к Альберту. Там быстро. Потом сразу в бургерную.

Эх, блин, не вернусь я пока в школу. Я не совсем понял всю схему, но вроде, если не ошибаюсь, надо меня устроить в иностранную фиктивную школу, и оттуда перевести сюда. Ёмаё, сложно! И где её брать?.

. Кому я нужен?..

Ещё и рука эта дурацкая. С ней неудобно жить, с ней нереально играть. Я не могу нормально сидеть в телефоне, и даже покушать для меня трудно. Я беспомощный. Убогий. Жалкий. Мне самому на себя обидно! Ужасно обидно!

Дети за окном играются в снежки, бегают, катают снеговика. А я… инвалид. Я не могу катать снеговика, не могу нормально лепить снежки.

— Пап…, - грустно прошептал я, - Я неполноценный, да? Безрукий. Я стал хуже, да?.