Чёрный хребет. Книга 3

Повезло им, что они на открытом воздухе.

Человек двадцать стоят напротив ребят и продолжают прибывать.

– Отступаем! – кричу.

Оставшейся силой голубой жемчужины поднимаю одного из людей и бросаю на остальных, вызвав замешательство на несколько секунд. Замедляю время и бью мечом по рукам, ногам, выигрываю как можно больше времени для отхода.

Нам не нужно побеждать. Нам нужно уйти.

– Все назад! – подтверждает Дверон.

Буг смещается к центру, отвлекая на себя внимание, пока остальные пятятся в сторону, откуда мы пришли.

Он машет мечом направо и налево, разрезая воздух. Создаёт зону, на которую невозможно ступить, оставшись невредимым.

Мчимся обратно в лес, Буг бежит в самом конце и редкие удары копий стучат по его каменной коже. Полезная всё-таки вещь, эта маска. Неприятно будет от неё избавляться: уж слишком ощутимые у неё побочные эффекты. Я не готов смотреть, как она настривает Буга против меня даже с учётом преимуществ, которые она даёт.

Чем ближе мы к лесу, тем меньше слышим звуков преследования.

– Кто-нибудь... ранен? – спрашиваю.

Лёгкие жадно хватают воздух. Ощущение, будто я разминуся со смертью на какие-то пару сантиметров. Нас спасла только наша выучка, ни один человек в Орнасе не может тягаться с людьми из этого отряда.

– Я, – отвечает Брас.

Снимает шлем и мы видим длинный порез на шее, из которого течёт кровь и уже начинает заливать доспехи.

– Идём к Лире, – говорю. – Пусть обработает рану.

Возвращаемся в лагерь и видим всё наше войско в боевой готовности.

Они стоят на месте и не знают, что им делать – я не назначил командира во время своего отсутствия. Недопустимый промах.

Армия никогда не должна оставаться без военачальника.

– Всё хорошо, – кричу. – Возвращайтесь на свои места и спите дальше.

Пытаюсь успокоить соплеменников, а сам трясусь от пережитого и пытаюсь прийти в себя.

Пока соплеменники успокаиваются и садятся обратно на землю, я смотрю на Орнас, освещаемый многочисленными факелами. В голову раз за разом приходит одна и та же картина: голова Сазголона, катящаяся ко мне по полу.

Замершая в углу женщина. Девочка, только что увидевшая, как расчленили её предка.

Пытаюсь убедить себя, что мы всё сделали правильно. Но пока не получается. Никогда не был сторонником принципа, что цель оправдывает средства. Зверства есть зверства, с какой стороны на них ни посмотри.

Впервые за очень много лет хочется напиться.

Может быть, стоило вывести родных старика, прежде чем прикончить его.