Чёрный хребет. Книга 3

Очень милого в этой своей неуёмной энергичности, но полностью лишённого искры разума. Ему бы бегать по округе и восторгаться жизнью, а не сидеть здесь и принимать важные решения.

– Стауг, – настойчиво повторяет Зитрус. – Эти люди... они пришли из других деревень.

Старик переводит взгляд на нас, очень задорно подмигивает.

– И они очень агрессивно к нам настроены.

Зитрус старается сделать голос как можно мягче, будто говорит с ребёнком. Даже жесты подключает, стараясь достучаться до угасающего самосознания.

– Теперь совет старейшин должен обдумать эту ситуацию и решить, как нам поступить.

– Да он же присвиснутый! – замечает Хуберт. – Чего ты его спрашиваешь?

– Потому что вы вчера убили Сазголона! – рявкает Зитрус. – Теперь это совет и мы будем слушать его.

Некоторое время двое мужчин смотрят друг на друга, после чего Зитрус снова наклоняется к Стаугу и очень отчётливо, выговаривая каждую букву, произносит:

– Стауг, соберись, пожалуйста. Нам очень нужно решение совета.

Не знаю, чего он пытался добиться.

Неужели надеялся, что давно выживший из ума старик соберёт остатки рассудка в кучу и выдаст осмысленный ответ? Скорее на горизонте взойдёт второе солнце, чем присутствующий здесь совет сможет понять, чего от него хотят.

– Диддел, – говорит Зитрус второму старику. – Как нам поступить, что нам им ответить?

Стою в стороне и жду, чем это всё закончится.

Я никуда не спешу.

Пусть хоть всю деревню обойдёт, спрашивает мнение у новорожденных, у домашних животных, у могил умерших. Пусть делает что захочет, если это в конечном итоге приведёт к нужному мне результату.

На моей стороне всё мировое терпение.

– Тайлин, – Зитрус подходит к спящему старику, но даже не задаёт вопроса.

– Кто у вас самый старший помимо этих? – спрашивает Дверон.

Мужчины по ту сторону круглого помещения переглядываются, вспоминая. Спорят о том, кто кого старше.

– Колгин, – говорит кто-то.

– Он не сможет прийти, – отвечает другой. – Он уже год из дома не выходит.

– А Терг?

– Он скорее сожжёт нас вместе с этим домом, чем станет сидеть в совете.

Никто из людей, кажется, даже мысли допустить не может, чтобы взять на себя ответственность. С самого детства им вдалбливали в головы слушать старших и теперь они пытаются найти в деревне старика, который решит все их проблемы какой-то своей стариковской мудростью. Хотя я, как бывший старик, лучше всех понимаю – нет у нас никаких ответов. Старики – такие же люди, как остальные, только чуть старше. Как бы банально это ни звучало.