Чёрный хребет. Книга 3

Даже прислушиваться не нужно: шаги очень отчётливые и громкие. Это либо человек, либо кто-то двуногий. Он даже не прячется – знает, что я ничего не вижу, поэтому ходит вокруг, издевается.

Шух, шух, шух...

– Хума, – говорю. – Просыпайся.

Достаю нож и молоток. Поворачиваюсь к звуку шагов, готовый отразить возможное нападение. В окружающей тьме я не отличил бы человека от кенгуру, вставшего на задние лапы. Приходится полностью полагаться на слух.

Что-то щёлкает меня по груди, отскакиваю, укатываюсь и снова поднимаюсь на ноги.

Кто или что бы ни находилось рядом со мной, это существо превосходно видит в ночи, поэтому я представляю для него лёгкую цель. Недавно я называл жёлтую жемчужину Даром, которому невозможно противостоять. Оказывается, меня повалит на обе лопатки любая кошка, достаточно дождаться времени, когда я ничего не буду видеть.

– Кто здесь? – спрашиваю.

Сдавленный смех.

Точно человек.

– Я вооружён.

Бессмысленная фраза. Человек, который видит в темноте, прекрасно знает, что я держу в руках.

И знает, что я этим оружием ничего не смогу сделать, пока он держится на расстоянии.

– Не знаю, что ты задумал, – говорю. – Но у меня есть для тебя пара сюрпризов и они тебе очень не понравятся.

– Ты такой забавный, – отвечает знакомый голос.

Девушка в чёрном платье. Слегка расслабляюсь, опускаю оружие, но не полностью.

– Опять ты, – говорю. – Почему ты меня преследуешь?

– Тебе только кажется, на самом деле это ты меня преследуешь.

Наши разговоры с каждым разом становятся всё более бессмысленными.

По всей видимости, в этом мире сильно не хватает психиатрической лечебницы. Срочно зовите доктора, у нас тут перелом логики в тяжёлой форме.

– Кто ты такая? – спрашиваю. – И что тебе от меня надо?

– Я принесла подарок.

Что-то касается моего предплечья и я инстинктивно беру протянутый предмет... факел, и огниво к нему впридачу. То, что мне сейчас необходимо. Высекаю искру, зажигаю свет и вижу знакомое лицо, на котором пляшут языки пламени. Девушка улыбается, очень открыто и дружелюбно.

Глядя на неё, трудно сказать, будто она что-то замышляет, но я не из тех людей, кто верит честному лицу. Для начала мне нужно увидеть пустые руки.

Убедиться в отсутствии кинжала.

– Прости, что напугала, – говорит. – Ты был такой смешной в темноте с широко раскрытыми глазами, такой беззащитный. Я не сдержалась.

– Ты видишь в ночи? – спрашиваю.

– Я вообще много чего умею.

С этими словами она исчезает, распадаясь на сотню чёрных лепестков.