История бастарда. Враг империи

– Мастер Мильхен отродясь не пил! Ну… почти. 

- Вот именно, почти. Он в тот день рождение дочки праздновал. 

- А, ну, так это – святое дело! – обрадовался сын гор. 

Да, судя по рассказам мастера Триммлера, для гномов появление ребенка– самая большая радость. Почему-то горный народ не отличается особой плодовитостью, как правило, в семьях растет по два, редко, по три гномика. Случается, что разница в возрасте между детьми значительная – ведь гномы живут несколько дольше, чем люди. Поэтому бывает, что старшие живут отдельно, а младшие с родителями.

Но все равно, больше четверых отпрысков – это редкость. И особое торжество закатывается по поводу рождения дочери. Просто потому что эта раса очень чтит материнское начало, женщина для них – хранительница очага, созидательница новой жизни, уважаемая и любимая. Что не мешает мужчинам-гномам верховодить во всем. Именно поэтому никто гномих отродясь не видел, они занимаются домом и детьми, а главы семейств берут на себя всю тяжелую работу и торговлю с людьми. Правильный народ, между прочим. 

- Ну, и что? – поторопил Дрианн. 

- Ну, и все, - передразнил его Йок. – Краски он перепутал. А когда в себя пришел – поздно было, его волшба такая крепкая, что просто так не выведешь. Для этого нужны какие-то особые притирания, которые готовят только в Золотой цепи. Этот пьяница их выписал, но ждать надо было долго. Пришлось еще и с кланом объясняться.  А тут – срочная отправка в Куум. Так я и не сумел цвет татуировки изменить. С тех пор и в Галатоне-то толком не был.

Сами знаете, сколько у нас миссий было. Ну да ничего, вот вернусь – не отстану от гнома – пусть переделывает. 

Да, все объяснялось предельно просто. Понятно теперь, почему капрал Мелли не любил распространяться об этой истории. Наверняка объяснения с кланом вышли невеселые, и уж точно ругань с гномом была знатная. Ну, а насчет возвращения в Галатон… Хотелось бы мне иметь хоть четверть его уверенности. 

Мы улеглись отдыхать. Как только мои глаза закрылись, я крепко уснул.

Разбудил меня Зарайя, трясущий мое плечо и повторяющий:

- Вставай, лейтенант! Твоя очередь в караул заступать! 

Что тут поделаешь! Ом уже стоял на краю поляны и внимательно вглядывался в окружающую нас темноту. Я кивнул ему и занял свой пост, на другом конце лагеря. 

- А я? – сонным голосом обиженно вопросил Дрианн.  

- А тебе завтра в караул, - ответил Лютый. 

- Завтра – само собой, а я и сегодня хочу! – возмутился парень.