Кион-Тократ

Магистр криво усмехнулся и приступил к рассказу:

— Слушай внимательно, мальчик. И возможно в ближайший час ты узнаешь самую страшную тайну этого мира, корни которой лежат в недрах забытой и потерянной эпохи. Ты проникнешь в историю нашего Ордена, которая закрыта от широкой публики, и за это я жду от тебя единственно возможной благодарности — храни язык за зубами.

— Пожалуй, я уже выучил этот урок, — пробормотал чемпион.

Магистр услышал его комментарий и не сдержал улыбки.

— Для того, чтобы ничего не упустить, и объяснить тебе предельно полно историю с Алчущим, придётся начать с самого начала… Начала времён.

Голос магистра упал до шёпота, и Артур почувствовал, как сильно забилось его сердце.

— Вообрази себе время, — начал повествование Садомиус, — когда Мир был другим. Совсем другим, непохожим на тот, который ты знаешь сейчас. Два полярных уровня Оси — Харат и Трезубец — породили Старейших, которые были могущественнее Всесильных. И самым ужасным из них был Повелитель Безумия, известный как Алчущий Душ, или Аканти.

Он безраздельно царил не только в Чёрном Харате, но и в половине туманных миров, каждый из которых чем-то напоминает наш, а чем-то отличается. Ему подчинялись Визоры — верховные владыки демонов. Его боялись Божественные Твари, предпочитая сотрудничать или бежать в Верхние Миры. Но главным орудием Алчущего стало иное войско, совсем малое, но ужасающее своей тёмной мощью. Не архидемоны или Твари, не церферы или азгалуки. Иные создания, вобравшие в себя черты как смертных, так и богов, стали бичом для Великой Оси и Саул Тай, в частности. Воистину, они и были полубогами — порождения Хаоса и Тенебриса. Ты, возможно, уже догадался, о ком я вещаю?

Артур, пребывая в странном оцепенении, покачал головой. Тогда Садомиус пояснил:

— Всадники Апокалипсиса, именуемые Зверями, а также два Падших Брата — собственно, сам Лорд Апокалипсис и тот, кто стал притчей на все века — Лорд Малакат, единоутробный брат Апокалипсиса, вышедший с ним из одного женского лона.

— Лорд Малакат! — прошептал Артур, чувствуя, как шевелятся волосы у него на затылке.

— Также его называют Губителем, — добавил Садомиус.

Артур был потрясён до глубины души, но не слова мага привели его в это состояние. Они лишь вызвали в подсознании юноши череду смутных и таинственных образов, рождённых в иное время, в ином разуме.

— Ты побледнел, мой мальчик? — неожиданно ласково спросил магистр.

— Не обращайте внимания. Здесь очень жарко.