Кион-Тократ

— Не говори глупости, Осирис, — досадливо отмахнулся глава Шандикора. — Всё только начинается.

Осирис насторожился. Он знал, что Безликий не станет болтать без причины. Внимательный взгляд на лорда не принёс результата. Маска скрывала следы любых эмоций. Что же он припрятал в рукаве? Не иначе козырного туза.

Между тем действия на арене разворачивались стремительно. Кровавые сцены, полные первобытной жестокости, сменялись в калейдоскопическом порядке. Соискатели турнирного приза почти полностью перебили туранских мамелюков и сразу же наткнулись на преграду, состоявшую из более грозных противников.

Альвары!

Они стояли плотными рядами, плечом к плечу. Сомкнутые копья и мечи угрожающе сверкали под палящим солнцем. Это были воины, привыкшие к долгим изнурительным сражениям. Морские волки Эйдин-Рок, умевшие сражаться не только в океане, но и на суше. Триста сорок четвертый императорский батальон, захваченный врасплох корсарами Мерсейского Архипелага. Судьба альваров была не завидной, пираты не стали их убивать, но продали в рабство торговому дому Фаргота.

Токра с разбега налетели на эльфов и тут же отхлынули обратно. Впервые с начала турнира среди них появились тяжело раненые. Умело прикрывая друг друга щитами, альвары сдержали волну Покинутых, подтвердив, что они несравненно опаснее мамелюков.

Граникус, по-прежнему находясь в первых рядах сражения, зарычал словно дикий зверь. Ему невмоготу было любое отступление. Прокричав боевой клич Дома Шандикор, он бросился на приступ фаланги. Рубанул со всей силы по копьям и нырнул под щиты эльфов, не беспокоясь о коротких мечах.

Казалось, вот-вот его наколют на копья, словно бабочку. Но этого не случилось! Размашистым поперечным ударом паладора Келноз разорвал фронтальную цепь противников и вклинился в самую гущу. В ту же секунду его путь стал отмечен брызгами крови и кусками плоти, которые, как и прежде, разлетались во все стороны. Даже альвары не могли совладать с монстром в человеческом обличии. Воодушевлённые примером Келноза, студенты ударили вновь. Волна Покинутых накатила на фалангу, и построение развалилось.

Артур стоял в одиночестве, в стороне от происходящей резни, с белым лицом и потухшим взглядом. На фоне побоища он выделялся, бросаясь в глаза изумлённых зрителей. Что происходит? И это тот самый студент, которого называют лучшим? Парочка мастеров Шандикора повернулась к Зерату в поисках ответа, но тот был непроницаем как скала.

— И всё-таки я был прав, — угрюмо констатировал Осирис.