Полуварвар

Но помимо этого лезвие рогатины с одной стороны имеет ритуальный узор морозного копья, это как сосулька, которыми я закидывал снежного скорпиона, только в длину метра два и имеет пропорциональную ширину. Такой вполне реально вынести ворота какого-нибудь захолустного замка. Со второй стороны лезвия был морозный урон, чтобы кристаллизовать противника в ледяную статую при успешном попадании в него в ближнем бою. За лезвием было две плоские щеки массивного резного древка, где были расположены ритуальные узоры щита и исцеления.

Дальше же находились не столь экономные и эффективные рунные цепочки. Но так или иначе все вложенные ритуальные схемы Гринольв мог мгновенно активировать одним лишь своим желанием, не тратя ни мгновения времени именно на чары. И как и со всяким ритуальным узором, маны бы это колдовство съело сущие копейки по сравнению с голой волевой магией. И всё бы хорошо, ритуальные схемы стоят на голову выше рун, только вот нормально их можно наносить только на плоские участки поверхностей.

Когда Гринольв мне всё это разъяснял, отвечая на мои вопросы по прочитанной книге с основами артефакторики, в моей голове зажглась воображаемая лампочка. Я довольно неплохо помнил черчение и начертательную геометрию со всеми их проекциями и изометриями, а так же немножко шарил в геометрии Лобачевского, где треугольник, у которого все три угла девяносто градусов, суть явление обыденное и будничное, так как он всего лишь одна восьмая поверхности сферы. В общем я твёрдо верил, что двухмерный магический чертёж заклинания можно и нужно перенести на трёхмерную изогнутую поверхность, надо лишь произвести расчёты самого рисунка и правильно распределить прилагающиеся к ним магические потоки.

Татушку в таком виде фиг сделаешь, кожа не статична, там бал по прежнему будут править руны, но вот перевести все посохи на чисто ритуально-графические исполнения встроенных чар – это большой шаг вперёд. Ведь пока что нормальные начертательные схемы защиты вешаются только на щиты, потому что там с плоскостями всё в порядке.

Загоревшись идеей, я принялся за работу, посвящая ей всё свободное время. Первые две недели Гринольв смотрел на это снисходительно, посмеиваясь над тем, как я перевожу бересту в бесконечных чертежах с вычислениями и зажимая дорогую бумагу. Но однако когда я таки сотворил на поверхности небольшого деревянного цилиндра стабильно работающую схему заклинания светлячка, мнение своё переменил.