Дети Богов

[54 - Лечебница при храме.]

— Я… сын Зевса? — Икарос не знал, плакать ему или смеяться.

— Да. Поэтому мать так настаивала, чтобы ты стал Героем, невзирая на длительность обучения и связанные с этим затраты. Дети Богов обладают более тонким контролем над выбранной стихией и быстрее обучаются взаимодействовать с нею. Насколько известно, они не сильнее остальных Героев, но с большей долей вероятности развивают свои способности до такой степени, чтобы считаться лучшими даже среди одаренных.

— Выходит, моя стихия вовсе не вода, — осознал юноша.

— Я рожден повелевать молниями.

— Вовсе нет. — Меланта отрицательно покачала головой. — Это твой выбор, Каро. Зная всю правду, ты сможешь понять, что лежит ближе к сердцу: кровь и наследие Зевса или ставшие родными чужаки и заменивший отца Посейдон.

— Почему вы не сказали раньше? — безучастно, будто ему вовсе нет дела, спросил Икарос, пребывая в огорошенном состоянии и пытаясь уложить в голове новую реальность. — Зачем столько лет лгали, что Иасон мой отец? Кто я теперь? Онасис или вовсе не имею фамилии?

— Ты Фило.

Всегда был им и будешь. Я смутно помню то время из-за возраста, но папа так сильно любил свою дочь и этого кроху родом с враждебных земель, что все немногочисленные дни, когда нам удавалось провести час-другой вчетвером, навсегда отпечатались в моей памяти. Никакой Зевс не способен подарить столько заботы, сколько отдал Иасон — он был на редкость светлым человеком.

— Спасибо, Мел. — Каро крепко обнял сестру, но не почувствовал облегчения.

— Историю же о связи нашей мамы с Зевсом я подслушала давно, еще до смерти отца, и помню каждое произнесенное ей слово. Видимо, из-за страха, что женщина Бога убьет нас. Тогда Мелина через уговоры озвучила этот болезненный опыт — она считает, что молчанием способна оградиться от душевных терзаний и защитить тебя от прошлого. Мое мнение иное.

У конюшен на окраине города постепенно собиралась толпа. Аретуса, все еще краснеющая при виде Димостэниса из-за клятого опоздания, пришла раньше всех, обуздала пятнистого коня, подогнала ремешки по размеру и была готова к долгожданной дороге до Священной пустыни за полчаса до намеченного времени.

Заметив приближающегося Икароса, она широко улыбнулась, однако ее радость быстро сменилась беспокойством.

— Что случилось? — Девушка коснулась щеки возлюбленного. — На тебе лица нет.

— Не знаю. — Юноша двигался и отвечал неосознанно, полностью погрузившись в себя.

— Поговорим об этом?

— Не хочу. Не сейчас.