Тринадцатый IX

Но и на моей чаше весов было не меньше…

Теперь ясно... Я собирал вокруг себя преимущественно московскую знать, а он прошёлся по аристократии в регионах. Вот и вышло примерно равное число.

Только это не помешает объявить ему войну, если, конечно, он не из четы бессмертных ублюдков...

– У тебя наверняка много вопросов, – продолжил Вячеслав, – присаживайся, поговорим. Знаешь, дворяне по всей империи так и жаждут от тебя избавиться. Но я их уговорил, что если план с подземельем не сработает, то стоит договориться. Ты же не дурак, чтобы отвергнуть наше предложение, – закончил он с усмешкой.

Сын покойного князя Голицына всё это время вёл теневую игру, чтобы подсидеть отца. Причём на каких-то птичьих правах!

Он же бастард, а значит, должен либо заключить союз с другими претендентами на трон, либо избавиться от них... Только вот я был в числе первых.

Но прежде, чем вступать в схватку с Вячеславом, стоило узнать о главном. И к этому я постепенно его подводил.

– Как я могу говорить с тем, кто собственного отца убил? – серьёзно спросил я.

– А, ты уже знаешь. Разве мне стоит рассказывать, что ради власти люди готовы пойти и не на такое? Ты вот убил императора. А я сплавил тебя в подземелье на некоторое время, чтобы воспользоваться твоими заслугами.

У меня сжались кулаки, и Вячеслав это заметил. Отлично. Он продолжил свою историю:

– Хочешь меня убить и забрать корону? Не выйдет, – ухмыльнулся парень. – Корона должна принадлежать бессмертным, а не таким, как ты, – он снисходительно осмотрел меня с головы до ног.

Вот я и узнал. Осталось заключить липовый союз и обернуть всё происходящее своей выгодой.

Да, после подземелья я выглядел не лучшим образом. Повсюду грязь и запёкшаяся кровь… а голова по-прежнему кипела от температуры. Но мне сейчас было плевать на внешний вид, когда на моём диване сидит какой-то говнюк и называет себя новым бессмертным императором.

– Не веришь? – хмыкнул он и взял со стола десертный нож, который лежат рядом с нетронутыми пирожными.

Парень демонстративно провёл лезвием по руке.

Но через миг рана стала затягиваться. Сама! И через секунду на ладони парня осталось лишь кровавое пятно.

Вячеслав бросил нож на стол и встал. Его взгляд изменился. Стал холодным и суровым. Но я продолжал смотреть ему в глаза. Меня не пронять такими фокусами.

– У меня нет детей, чтобы ты так просто меня убил. Так, что ты будешь делать, князь?

Ответ очевиден. Найду другой способ.