Законы Рода. Том 6

В общем, завтра будет весело. И мне бы думать об этом веселье, а не об агентах… Только вот люди Багратиона вскоре примчались и были неумолимы. Они дали мне какое-то зелье, которое должно помочь мне вспомнить всё, включая стёртые воспоминания. Я благоразумно не стал им говорить, что на меня псионика теперь не действует.

— Повезло тебе, ярл, что Александр Петрович так тебя ценит. Эти эликсиры – штучный товар. И не всегда они есть в наличии даже у таких, как Багратион. Вспоминай давай, что там происходило…

Меня натурально начало мутить, и я тут же использовал силу эфира, чтобы нейтрализовать паскудное зелье, стремящееся обратиться какой-то странной магической взвесью и проникнуть в мой мозг.

Ох уж эти алхимики… Почему бы не сделать эликсир со вкусом какого-нибудь апельсина?

— Вспоминаю… — предупредил я их и начал рассказывать всё, что происходило.

Очень подробно описал псионичку, лица всех, кто меня сопровождал, и так далее.

— Кажется, я знаю, с кем работали наши дорогие коллеги и кому досталась честь поковыряться в мозгах ярла… — заявил один из прибывших гостей.

— Она спрашивала что-то нестандартное? Узнавала о связи с Багратионом? О других тайнах?

— Нет. Она спешила. Быстро сделала своё дело и ушла. Только интересовалась моей связью с регентом. Говорила, что интересно узнать, о чём мы с ней болтаем наедине. И звучало всё так, будто она ненавидит регента.

— Теперь я уверен, что это она. Надо сообщить Александру Петровичу, — напрягся разведчик, и все они начали собираться.

Покидая особняк, агенты пожелали мне удачи на завтрашней дуэли.

— Ага, спасибо… — пробухтел я, всё ещё ощущая привкус сгоревшей кастрюли во рту.

Ну, хотя бы понятно, почему Багратион не переживает за итоги сражения и возможные тайны, которые у меня выведают. Он всё равно готовится схватить их за яйца и подвесить на них же, обвинив в нарушении закона. Плюс тут ещё заговором против Стефании попахивает. Плюс ещё нарушение международного права и работа псионика с иностранным гражданином из числа высшей аристократии.

Короче, что бы они там ни выведали из моей жизни в качестве ярла – это не слишком опасно и важно. Ведь уже завтра всех причастных отправят в казематы или на тот свет, если они будут сопротивляться аресту.

Час спустя мне позвонил сам Багратион и задал уточняющие вопросы:

— Красный лак на ногтях, облезший, руки старые – это понятно. Кольца были?

— Нет, всё сняла. Только следы от них видел.