Алая Королева. Академия

Первая армия, понеся большие потери, покинула Римирию. Мировая общественность выдохнула: миф о непобедимости армии Беруны, со всеми ее секретными оружиями, основательно рухнул. И тут бы Римирии закрепить успех, контратаковать, но в политике не все так просто.

После оглушительного успеха на севере, авторитет Шарль-Гира увеличился до небывалых масштабов. Римирия буквально болела своим новым героем. Однако власти страны не разделяли всеобщего ликования и фанатизма, напротив, действия генерала и последующая за ними популярность сильно раздражала сенат.

Шарль-Гира постоянно вызывали в столицу дать объяснения, генерал являлся через раз, часто игнорируя требования, объясняя это тем, что у него есть дела поважнее - на фронте. Это еще больше обострило отношения. Стали поговаривать о принудительной отставке или переводе генерала на другую должность. В своей недальновидности члены парламента упускали очевидные вещи. Все эти репрессии вызывали у народа, особенно в рядах армии, сильные недовольства.

И все же, несмотря на это, «пружина распрямлялась».

Другие страны начали более открыто говорить о поддержке Римирии и яростнее критиковать политику Глерга. На фронте воцарилась временное спокойствие. Да, все понимали, что кризис еще не миновал, но как-то легко поддались легкомысленной расслабленности, позабыв даже о разговорах про Королеву.

Но, если в мире напряжение снижалась, то в Гармониях оно ощущалось все больше. Очень много работы. Сев в этот период был очень плотным, диссонерам приходилось разрываться между основной работой и многочисленными заказами, связанными с влиянием войны: устранением техногенных последствий, поиск пропавших без вести, борьба с преступными группировками мародёров и прочее.

Однако всеобщая занятость не коснулась Нейта, Кейси и Тэи. По возвращении в Орту они не застали Крипелина на месте, он уехал по делам в Стратару. И отчитавшись замам по заданию, ребята временно выпали из обоймы. Как-то никто о них не вспоминал: то ли дали время отдохнуть, то ли ждали директора и его распоряжений.

Крипелин вернулся через две неделю и почти тут же вызвал ребят к себе. Вид у него был уставший и раздраженный, Нейт его таким никогда не видел. Мрачный, тяжелый взгляд, сцепленные возле рта ладони, директор сидел за своим столом и почти не шевелился, оставалось только гадать, что стало причиной столь подавленного настроения.

Пока Крипелин пробегал глазами отчет, Нейт лениво осматривал кабинет. Не часто удавалось побывать здесь.