Алая Королева. Академия

Но самое главное событие последних дней должно было произойти сегодня. Выступление канцлера Риро Глерга.

Тут, правда, произошли какие-то странности с телевиденьем. Благодаря первой космической программе, три страны имели сетку вещания, которая распространялась на весь мир: Беруна, Римирия и Кильвея. Возможным это стало, благодаря искусственным спутникам. У каждой страны их было по пять и два у Стратары, но для других нужд, не для телевиденья. Однако пару дней назад Римирия прекратила свое вещание, по слухам, из-за неполадок в спутниковой программе.

Не то чтобы это слишком меняло дело, но мировой общественности было интересно, что скажут о выступлении Глерга и какие меры предпримет оккупированная страна.

Нейт застал выступление канцлера в столовой. Он уже закончил с завтраком и мирно попивал свой кофе, когда включили телевизор и в поднявшейся суете некоторые студенты зашикали друг на друга.

Камера взяла крупным планом трибуну с изображенным на ней гербом Беруны – совы с веткой сирени в когтях, затем отъехала чуть дальше, показывая большую часть сцены и флагшток с красно-желто-синим флагом страны.

Несколько секунд ничего не происходило, затем с телеэкрана послышалось шебуршание, и на сцене появился правитель Беруны, канцлер Риро Глерг. Мужчина тяжелой походкой подошел к трибуне, положил на нее бумаги, поправил очки и уставился в камеру. Грузный, невысокого роста, с лысиной ото лба до макушки, одутловатым лицом, он, казалось бы, должен был производить впечатление весьма посредственное.

Однако острый, злой взгляд близко посаженых, черных глаз, манера держаться вальяжно, но при этом, вызывая напряжение у окружающих, требовательность в тоне голоса, все это внушало, если не страх, то, по крайней мере, опасение.

Канцлер пожевал губами, лениво пробежался глазами по тексту и, пристально посмотрев в камеру, заговорил:

- Уважаемые соотечественники… Нет! Жители нашей прекрасной планеты! Я устал, - Глерг сделал многозначительную паузу. – Устал смотреть на то, что с нами происходит, какими мы стали.

Прошло всего шестьдесят пять лет с последней войны. Самой страшной, самой опустошительной. Никогда Королевы не были так близки к порабощению человечества. Несмотря на то, что я был слишком мал, я хорошо помню послевоенное время, разруху, голод. Как долго пришлось все восстанавливать! И я говорю не о городах, здания – пыль, построил новое! Я говорю о наших отношениях, о доверии, о единстве! – снова пауза. – И все это у нас было.