Ушедший Род. Книга 1: Чужак.

— Ты чего довольный такой? — с опасением спрашиваю парня.

Дмитрий садится на крутящийся стул доктора и начинает крутиться.

— Ооо, с одной стороны, я получу минус в баллы, за твои приключения, и точно разговор у Жанны, а это знаешь ли не шутка! — радуется парень, пока я одеваюсь. Потом делает полный круг на табуретке. — А с другой, только за то, чтобы познакомиться с парнем, что отправил Рвача в больничку на пару недель, мне со второго курса уже напихали предложек больше, чем все те минусы. Парень, ты сейчас прямо тема для разговора.

Даже, в каком-то смысле звезда, пусть и ненадолго. Но на сегодня — точно. Одевайся, одевайся. — машет мне рукой.

Я на секунду застываю от таких новостей. Хотя мог бы и догадаться — в лицее выбивающиеся из будней происшествия наверняка обсасываются неделями. Скука же, а тут подростки.

Накидываю форменную куртку.

— Готов. Сейчас куда? — уточняю.

— Отлично! — оглядывает меня со всех сторон. — сейчас к Жанне, потом на обед, а потом вам обоим к Лютому.

— Кто такой Лютый? — спрашиваю, пока идем по этажу больнички.

Параллельно запускаю на секунду-две скан, и результаты радуют.

Нет, я не становлюсь невероятным всехубиватором с первым уровнем Печати, но расход пси на начальные навыки существенно уменьшается. Так что например постоянный мониторинг эмофона на недружелюбной территории, что в прошлой жизни въедается в печень, теперь доступен будет уже очень скоро. Но пока пользуюсь тем что есть.

Непроизвольно морщусь. Боль разума пока никуда не уходит.

И до ее исчезновения все равно в полную силу работать не получится никак. И на любые усилия псионики эта боль будет давать волны. Но это временно. Я помню.

Скан показывает два разума рядом в состоянии поверхностной комы — это Герман и Леонтий, очевидно. Один разум который просто кипит гневом и физической болью, ну это Ревязев, скорее всего. Почему его не обезболили — я не понимаю, но это не мое дело. Парень заслужил — результаты его разговора вон, в соседней палате лежат.

Один в спокойствии. Ну — тут идей нет, кто это. Еще один Саввин — этого я даже узнаю, тут усталость и раздражение. И еще нам навстречу идет кто-то, кто испытывает легкое раскаяние направленное в сторону Саввы.

Пара шагов и с лестницы быстрым шагом входит тот целитель, с которым познакомился в первое посещение больнички.

Тоже понятно — опаздывает на смену, и Савва нервничает.

Иду и постепенно срастаюсь со своими новыми-старыми возможностями.

— … В обед.