Ушедший Род. Книга 1: Чужак.

Огромные, в два человеческих роста окна, много пространства вокруг, отчего вся лестница будто висит в воздухе. Но при этом все довольно строго, никакой позолоты или отделанных деревом стен, например. Нет. Все строго и функционально. Мне даже нравится.

Поднимаемся на предпоследний этаж. Заходим в довольно большую приемную с десятком стульев, и какими-то растениями в кадках.

— Так, со мной вы двое, — показывает имперец на криминальных ребят, оборачивается ко мне с Перваком, — а вы пока ждете здесь. Ни с кем не ухОдите и не разговариваете.

Это понятно?

Киваю, соглашаясь. Сын кузнеца соглашается тоже, что и не удивительно. Парень большими глазами смотрит вокруг, и почти по-детски радуется новым впечатлениям.

— Хорошо, — уходит вместе с ребятами.

Первак подходит к стене, и касается ее рукой.

— Знаешь, я давно мечтал сделать что-то такое, чтобы отец Биргит нам с ней отказать не мог. Мы ж с ней уже давно на околицу бегаем. Ейный батя орал, но пальцем ни меня ни ее не трогал. Он из местных, а мой отец из переселенцев.

Я все думал шпагу сковать, что бы на зависть. Или розу железную. Но мастерства не хватало, — гладит стену. — А теперь староста сам пришел к нам в дом, — оборачивается ко мне. — Я выучусь и вернусь, и выстрою такой дом нам с Биргит, что бы он слюной захлебнулся от зависти. Вот как здесь. Только пониже, и колонн поменьше.

Одобрительно усмехаюсь, а про себя пожимаю плечами — тоже как бы мотивация.

Минут через десять возвращается один из ушедших с имперцем. Парень как-то потерянно садится на стул, и замирает.

— Что с тобой? — удивленно спрашиваю, — что такой потерянный?

— Щас сам узнаешь, — как-то бесцветно, будто по-привычке, отругивается он.

Тут заходит и второй парень, с таким же видом.

— Сидите здесь, ждете меня, вопросы? — из коридора вслед за ними выходит вербовщик. — А ты, — указывает на меня, и машет рукой, — со мной.

Поднимаюсь и следую за сопровождающим.

Коридор из приемной оказывается довольно длинным. Идем мимо нескольких закрытых кабинетов, а может и палат.

Есть в этом коридоре что-то медицинское. Через пару минут я попадаю в довольно светлую большую комнату, почти даже зал, в которой меня ждет худой и какой-то всклокоченный парень лет тридцати в очень знакомых очках и белом халате. Вот точно такие же я видел на Шмидте, в больнице. Большие, круглые, в бронзовом тяжелом корпусе, и по линзам бегают какие-то линии.

— Проходи и садись вот сюда, расслабься, — показывает на табуретку.