Зеркала судьбы. Скитальцы

 

К концу второго месяца мое здоровье полностью пришло в норму, я твердо стоял на ногах. Тогда и вышел из пещеры впервые. Наружу вел природный коридор длиною шагов в пять. Преодолев его, я оказался на широком каменном карнизе и в первые секунды едва не ослеп. Лучи Атика, отражаясь от совершенной в своей белизне поверхности снега, сверкали мириадами искр так ярко, что от их сияния начинали болеть и слезиться глаза. 

Привыкнув к свету, я огляделся. Передо мною открылась величественная картина: на западе и востоке, врезаясь в небеса острыми пиками, возвышались горы, покрытые шапками искрящегося под лучами Атика снега.

Впереди, насколько хватало взгляда, простиралась степь Безымянных земель, но я мог еще различить тонкую темную полосу леса. 

Я был так поражен увиденной красотой, что задержал дыхание и сообразил это, только когда горло сдавило от нехватки воздуха. Сделав глубокий вдох, я принялся внимательно изучать окрестности. На юго-востоке заметил ущелье и нитку перевала, по которому мы шли с караваном, даже разглядел то место, где со мной произошел «несчастный случай».

Примерно прикинул, сколько я пролетел, сорвавшись, и тихо присвистнул от удивления. Выходило очень серьезное расстояние. Как же я умудрился не разбиться? И сколько пролежал на дне ущелья? Благо, после падения потерял сознание от первого удара — иначе мог умереть от боли. В каком же состоянии меня обнаружил кровер? И как ему удалось долететь со мною до пещеры? Да, силен… 

Еще долго я стоял и любовался открывшимся видом.

В пещеру вернулся, только когда замерз так, что от холода перестал чувствовать ступни и пальцы рук. 

Вечером мы как обычно сидели у очага и ужинали похлебкой из мяса горного барана. Насытившись, Эр отставил плошку, уставился на меня и произнес:

—Мне надо с тобой серьезно поговорить. Ты знаешь, кто ты?

Такой вопрос поставил меня в тупик. 

— Э-э-э… Ну… Лэй — эльф, — осторожно ответил я.

Мало ли, вдруг старый птицелюд в одночасье сошел с ума и запамятовал, кого пригрел в своей пещере? 

Эр издал несколько резких звуков, похожих на воронье карканье — так кровер смеялся.

— Я не об этом. Тебе о чем-нибудь говорит слово «саторис»?

Морт! Конечно, мне было известно это слово! Только вот я так и не смог узнать, что оно означает, потому что профессора Алишера, который не раз упоминал о саторисах, очень не вовремя убили.