Наследие Разрушителя

По крайней мере, больше всего эта тварь напоминала именно жабу, если только они бывают размером с поросёнка. Ярко-зеленая пузырчатая амфибия имела непропорционально большую голову, которую как раз задрала вверх. Открыла пасть — в холодном свете сферы сверкнули крупные клыки хищника.

Я непроизвольно сжал рукоять клинка, мозг в темпе анализировал ситуацию. Впрочем, чего там анализировать: пока скачет понизу, пусть скачет. Сунется — её проблемы. Тем не менее, я оценил расстояние, освещенность, скорость, с которой жаба ползла вверх по ступенькам — всё это, понятное дело, идёт на чистом автомате, но именно сейчас я почему-то об этом задумался.

Жаба издала звук, похожий на скрежет неисправных тормозов и с размаху запрыгнула на следующую ступеньку. В тот же момент из воды высунулась еще одна тварь. И ещё, и ещё… На втором десятке я сбился, а потом стало и вовсе не до подсчетов. Первая зверюга доскакала до яруса, предшествующего нашему, и я спрыгнул ей навстречу. Тварь снова засрежетала и с неожиданной прытью рванула на меня, демонстрируя два ряда острых и длинных зубов.

Я разрубил её мечом и спихнул останки вниз. Часть её голодных сородичей тут же набросились на свежее мясо, но остальные упрямо лезли вверх.

Ещё парочку я разрубил мечом, несколько штук спалил огненными шарами… Тварей меньше не становилось, они лезли и лезли из воды, покрывая ступени зиккурата сплошной ворочающайся массой.

Стоп! А что с обратной стороны? Может, какая-нибудь тварь уже добралась до моего сына? От одной только мысли об этом мне стало не по себе.

Запустив ещё парочку шаров, я запрыгнул наверх. Уффф, зря испугался. Жаб видно не было, Ромка мирно спал.

Я уже хотел крикнуть ему, чтоб просыпался, когда мой взгляд упал на костёр. Магическое пламя горело все также жарко, как и пару часов назад.

В голове щелкнуло, и откуда-то пришло понимание, что нужно делать. Может, это проснулась отцовская память, может, что-то ещё.

В голове сами собой рождались слова заклинания, и я повторял их вслух, хотя понятия не имел, что это всё означает.

Гелисворт, который я выпустил из руки, звякнул о камни, но мне было не до него.

«Аум, Шри, агата, ланс.» Я подошёл к костру, вытянул вперёд руку. Языки пламени тут же потянулись вверх, оплели мои кисти — совсем не больно, скорее, нежно и ласково ."Ишрти, ганса, ерка.» Я зачерпнул пламя ладонями и, стараясь не расплескать, направился к краю ступеньки, на краю которой уже появилась перепончатая лапа.