Наследие Разрушителя

Я помотал головой и решительно поднялся на ноги.

— Надо идти, если хотим до очередного наводнения успеть. Конечно, фигня эта, может, и не каждую ночь происходит, но проверять мне как-то не хочется. Да и терпение у Морганы не бесконечное.

Против этого у сына возражений не нашлось, и он принялся в темпе собирать пожитки. Я же сложил карту и сунул её в карман. Уже наложенное заклинание направления и без неё не даст сбиться с пути, да и руки будут свободны.

«Эй, Голос, есть что сказать по поводу увиденного?»

«Не стоит делать выводов, пока не узнаешь всей картины.

Ташшары отнюдь не беспомощные жертвы.»

«На всё можно взглянуть с разных сторон и всё такое прочее,» — фыркнул я. «Ладно, потом поговорим.»

Голос вздохнул и ничего не ответил, а я задумался над тем, какую магию применить, чтобы всё-таки понять, что же он такое. На шизофрению вроде не похоже, но это ещё ни о чём не говорит: ни один псих не признает себя больным на голову.

Спустившись с зиккурата, мы снова оказались на дороге, пролегающей как раз в нужном направлении.

После ночного наводнения лужи на ней ещё не высохли, но это всё равно было лучше сплошного слоя грязи, оставшегося на дне бывшего водоема.

Ромка бодро топал вперед, легко перепрыгивая все встречные лужи, я устало плелся следом. До Черного бора, если верить магическому навигатору, еще километров шестьдесят, а значит, ночевать снова придется под открытым небом. Сказать правду, после жутких видений мне хотелось обойти это место по большой дуге, но вариантов не было.

Согласно всё той же карте, лес хоть и был в ширину всего-то километра три, но полоса эта растянулась от отвесных скал на западе до топких болот на юге, и перескочить его можно только через Паутину. С учётом того, что данный мир расположен четко между двух аномалий, лучше лишний раз не нарываться. В общем, как ни крути, а встречи с ташшарами не избежать.

Кстати, от отвесных скал до топких болот — это сколько в километрах? Если много, то вполне вероятно, что есть шанс проскочить по краю.

Не могут же эти ташшары, они же вампиры, находиться везде и сразу? Может, они, конечно, вполне вменяемые ребята, но вряд ли будут рады сыну их злейшего врага.

«Неправильно расставляешь акценты,» вмешался Голос, «Ты тот, кто убил их злейшего врага. Вот с этим и заходи.»

«Ещё что-нибудь интересное расскажешь?»

«Вряд ли. Мои сведения устарели почти на сорок лет.