Наследие Разрушителя

— А теперь о делах насущных, — я решительно повернул разговор в нужном мне направлении, - как нам перебраться через Черный бор с минимальными потерями, и чем вы, как лицо, заинтересованное в том, чтобы мы с Романом выжили и победили, сможете мне помочь в путешествии?

9. Ташшары

Контраст между «здесь» и «там» был разительный. Там, за границами Черного бора, мир пестрел красками в лучах полуденного солнца, здесь же царили сумерки — серые и блеклые, наполненные влагой и запахами прелой листвы. Откуда-то я знал, что здесь так всегда: кроны деревьев переплетаются настолько плотно, что у солнца просто нет шансов пробиться через этот барьер.

Гаджам в лесу не нравилось, они недовольно ворчали и всё пытались повернуть обратно. Пришлось спешиться и вести зверей в поводу. Впрочем, три километра по прямой, если карта не врет, мы и пешком пройдем максимум за час — это если без неожиданностей.

Ромка, который всю дорогу от замка барона заваливал меня множеством вопросов о моем прошлом и, в частности, отношениях с семейкой, как только мы вошли в лес притих, и теперь сосредоточенно молчал, внимательно глядя по сторонам.

Я же смотрел вперед и периодически под ноги, доверив контроль за окружающим пространством магии.

Если верить барону — а в данном вопросе я был склонен ему верить, если пересекать бор строго по дороге и в дневное время, за собственную безопасность можно не беспокоиться. Мол, существует договор, подписанный после отмена сезона охоты, и ташшары его соблюдают.

Главное тут — никуда не сворачивать, потому что с нарушителями границ хозяева бора не церемонятся. Что именно с ними происходит, барон не рассказывал, а я предпочел не расспрашивать. И дело даже не в «меньше знаешь — крепче спишь», просто нельзя быть объективным по отношению к тем, кого ненавидишь. Донести бы ещё это до Ромки. Похоже, он принял россказни барона за чистую монету. Хотя… очень может быть, что он-таки прав.

Мы прошли примерно половину пути, когда сигнализация дала знать, что за деревьями кто-то есть.

Я предупредил сына и продолжил идти, в глубине души надеясь, что это просто наблюдатели. Было бы неплохо, только я сам в это не верил.

Он выступил из леса и встал посреди дороги метрах в трёх впереди, преграждая нам путь. Высокий, худой, одетый в кожаные штаны и кожаную же рубашку без рукавов и с разрезами по бокам. Белые прямые волосы подхвачены обручем из темного металла, черные глаза на узком, бескровном лице.