Наследие Разрушителя

Конечно, можно бы начать объяснять, что в моем мире слыхом не слыхивали ни о каких ташшарах и их отношениях с серебром, но зачем?

— Тогда, значит, взлететь во время боя — это по-ташшарски? — поддел я в ответ.

— Правилами не запрещено, — пожал он плечами.

— Насчёт серебра в правилах тоже не сказано, — заметил я, — ладно, проехали.

Помолчали. Лукас время от времени проводил ладонью по пораженной руке, как будто пытался избавиться от черноты, я периодически поглядывал на часы: старые, механические, которые Артур выдал мне перед походом: мол, фиг его знает, как там будет себя вести электроника, а эти точно не подведут.

Когда на рассвете мы покидали замок барона, я, по совету всё того же приключенца со стажем, выставил хронометр на шесть утра — просто чтоб хоть как-то ориентироваться по времени. Сейчас часы показывали без четверти три, а значит с завтрака прошло почти десять часов, а обеда пока не предвидится. Странно, конечно, что в такой ситуации я вообще в состоянии думать о еде, но тем не менее. Стоило немного успокоиться, как желудок начал жалобно урчать, требуя пищи. А в сумке бутерброды, но сумка гуляет где-то вместе с гаджами…

— Это правда, что твой отец пришел бороться за трон Амешта?

Я хотел сказать, что врут всё, но прикусил язык, боясь поломать Арчи игру: мало ли, может он и этим, как барону, будет заливать о своих притязаниях. Поэтому только плечами пожал и ответил:

— Лично я здесь, чтобы спасти мать. А вот для отца это может быть задачей-минимум, — я выдержал многозначительную паузу и задумчивым тоном добавил, — понимаешь, Моргана сама виновата.

Не трогала бы мать — он бы тоже к ней не лез. А так, насколько я его знаю, отец скорее всего пойдет до конца.

Лукас понимающе покивал и неожиданно признался:

— Знаешь, мне сейчас кажется, что Хайверг у власти — это не так и страшно. То есть, я говорю именно о твоем отце. На данный момент он выглядит гораздо меньшим злом, чем Моргана. Понимаешь?

Я кивнул — в этом вопросе я был с ним полностью солидарен.

— Но она всё же твоя сестра.

Лукас отвел глаза, задумчиво почесал бровь. Я заметил, что его вполне человеческие пальцы заканчиваются короткими, но острыми когтями. Вот и еще одно отличие ташшара от человека.

— По крови — да, во всём остальном… Как-то так получилось, что о её существовании я узнал случайно от совершенно постороннего ташшара. Мать никогда не вспоминала о ней, и была крайне недовольна, когда я всё же пристал с расспросами.

— Иногда лучше не ворошить прошлое.