Игры Демиургов. Тайник бога 2

– Не хочешь говорить кто ты и почему здесь оказался – держи свои никчёмные тайны при себе, но помоги мне! Это и в твоих интересах, если не хочешь стать послушной куклой черноглазых бастардов!

Собственно, а зачем мне отказываться? Ведьма не хочет слышать правду, она хочет слышать то, что хочет услышать. Пусть. Хуже не будет. Если появится шанс сбежать от культистов – я схвачусь за любой.

- Ты сказала, что у тебя предложение. Что ты предлагаешь мне за это?

Странное существо радостно затряслось и слабо засветилось, а до меня донесся возмущённый вскрик девушки.

- Ты вообще понимаешь, что тебя ждёт?! Ты решил со мной поторговаться за свою жизнь?!

- Предложение, Карна! Я жду.

- Сссса-а-а… Ты слишком самоуверен! Надеюсь, ты не разочаруешь меня! Я могу попробовать исцелить твои руки!

Не сдержавшись, я рассмеялся. Законники Великих Домов передавали бы друг другу эту формулировку как отличный анекдот.

- Карна, ты правда хочешь услышать, что я думаю о таком предложении? Предлагай такие сделки крестьянам, которые приходят к тебе за микстурой от запора!

- Ненавижу тебя! Оноре харус кьялга!

Я явственно почувствовал легкий толчок своей темницы, и существо начало передавать уже слегка изменённый голос Карны.

- Клянусь своей силой и именем исцелить твои руки, Хагид, взамен помощи в моём освобождении из этого плена! Теперь ты доволен?!

Прикрыв глаза, я глубоко вздохнул и ответил:

- Более чем, Карна. Я не маг, поэтому такую же клятву дать не могу. Вот моё слово: взамен исцеления моих рук я помогу тебе в побеге в мере оставшихся у меня сил.

Разочарованный вздох ведьмы заставил от души улыбнуться.

* * *

На стены тюремной камеры давно опустилась ночь, когда до моих ушей донёсся нехарактерный для этого времени звук. Шаги нескольких пар ног и негромкие, но возбуждённые голоса.

- Хагид, ты слышишь? – донесся напряженный шепот ведьмы.

Шикнув на Карну, я слегка повернул голову и прислушался.

Пока не разобрать, но странное предчувствие уже сжало сердце костлявой ладонью. Недалеко от двери голоса смолкли, раздалась едва слышная возня, а затем все шорохи как-то внезапно стихли. Раздался облегчённый выдох, а потом кто-то плавно потянул засов и распахнул едва скрипнувшую массивную дверь.

На стенах и потолке заплясали тени от масляной лампы, но рассмотреть того, кто стоял за порогом не было никакой возможности.