Игры Демиургов. Тайник бога 2

Внезапно Оррис замер, прислушался, и встревоженно крикнул:

- Сюда кто-то движется! Огромный! Айва, удаление на четыре сотни метров! Разрыв!

Даира и Лин мгновенно напружинились, готовясь к рывку, а призрачная проекция рывком отдалилась от форта, и остановившись у покатого подножья одного из холмов, начала наливаться живым цветом.

Пространство Междумирья вокруг задрожало, стремительно темнея и предзнаменуя приближение чего-то жуткого, а Оррис начал новую трансформацию, на глазах покрываясь чешуёй и шипами.

Лин же, глядя на быстро трескающийся кристалл с застывшей внутри девушкой, наоборот, спрятал клинки в ножны, и подошел к Монолиту. В момент, когда кристалл рассыпался тысячей осколков, произошло сразу несколько событий.

Разом погасли огни в осветительных чашах пирамиды, и воцарившийся вокруг холод пронзил всех присутствующих, в потемневшем пространстве над пирамидой проявились два шарообразных создания, из которых во все стороны исходило дрожащее марево, краски проекции налились естественным цветом и пространство прорезала серебристая вспышка, открывая переход в новый мир.

Лин подхватил из осыпающихся осколков молодую рыжеволосую девушку, и тут же нырнул с ней в раскрывшийся в шаге от них разрыв реальности, в который в следующий же миг влетели и Даира с Оррисом.

Опустив на траву потерявшую сознание девушку, Лин быстро огляделся и не найдя угроз, обернулся к разрыву реальности. Даира и Оррис уже стояли перед быстро закрывающимся разрывом, готовые в любой момент схватиться с тем, что может оттуда вырваться. Однако, никто не собирался следовать за суетливыми существами. Последнее, что заметили бойцы, были взмывающие в воздух оранжевые осколки кристалла. Похоже, неведомые сущности прибыли полакомиться.

Облегчённо выдохнув, паладин и перевёртыш обернулись к друзьям и опустились на траву рядом с бессознательной Айвой.

Даира сняла шлем, и проведя пальцами по выгравированному на нём дракону, прочла короткую молитву. Оррис вернулся в человеческий облик, и прижавшись лбом к земле, пытался прислушаться к окружающему их ещё неизвестному миру. Беспечнее всего вёл себя Лин.