Рюрикович 2

Некоторые дома напоминали памятники стойкости и изобретательности их владельцев, способных превратить каждую неполадку в элемент экзотического колорита.

Возле одного из таких домов притулился небольшой магазин с решетками на окнах. Я с сомнением посмотрел на кирпичное здание, давно уже позабывшее про свои лучшие годы.

– А это точно тут? – спросил я слугу, незримо парившего рядом и шипеньем разъярённого кота отгонявшего случайных дворняг.

– Точно тут. Хорошо скрывается. Занимается скупкой-продажей не совсем законных вещей, но деньги водятся, я это уже пробил.

..

– Что же, пойду, проверю. Остаешься на страже.

– Будет выполнено, господин!

Выцветшая дверь скрипнула, открывая проход в затемненный зал. На меня уставились два зелёных глаза, блестящих на заросшем черным волосом лице. Горбатый нос настолько далеко выдвигался над усами, что напоминал румпель на яхте средних размеров. Обилие волос на лице компенсировалось обширной плешью на макушке. Сам продавец был крупным, но низкорослым. По фигуре он скорее напоминал клизму, и это было явно из-за малоподвижного образа жизни.

Одежда у продавца была из разряда такой, на которой мало видны пятна. Серая рубашка с засученными рукавами, серая пятнистая жилетка. Ниже я не видел – скрывала поцарапанная миллионами сумок витрина.

Под стать хозяину был и магазин. Окно завешено пыльными кружевными занавесками, через которые можно рассмотреть загадочные силуэты старинных ваз и забытых статуэток. Уличная вывеска, выполненная в стиле «сделай сам», слегка наклонена – видимо, кто-то пытался воспроизвести атмосферу кривых улочек средневековой Европы.

Здесь каждый стеллаж – это отдельная вселенная, где вещи разложены по принципу «куда упало, там и лежит». Полки поскрипывали так, что кажется, будто они могут рухнуть в любую минуту, добавляя острых ощущений посетителю.

Две лампы с пыльными абажурами едва освещали внутренности, создавая иллюзию посещения заброшенного замка. Здесь можно ощутить себя археологом, исследующим древние руины.

Этот магазин был чем-то средним между антикварным и строительным. Можно увидеть древний нож в красивых ножнах, явно зачарованный или награжденный проклятьем, а рядом лежала обыкновенная болгарка. Или поблескивала в держателях изогнутая сабля с высеченными рунами, а её блеск падал на банальную киянку.

– Добрый день, – поздоровался я вежливо.

– Добрый. Что угодно молодому господину? – с лёгким гортанным акцентом поинтересовался продавец.