Рюрикович 2

Мой двойник сегодня пошел в театр, на премьеру… Потом расскажет.

– А вот о вашем подземном ходе мы не слышали, – сказал князь Бельский.

– И это весьма интересная находка, Ваше Величество, – проговорил князь Романов. – Никогда бы не подумал, что с Сергиева Посада идет под землёй вагонетка.

– Порой приходится думать про отход заранее, чтобы потом не искать в панике спасение, – кивнул Владимир Васильевич. – Царям всегда нужно думать о будущем, но при этом держать в памяти прошлое.

Он снова сделал глоток и посмотрел на бояр.

– А можно узнать про цель нашего собрания? – спросил Бельский. – И про такую таинственность?

– Конечно можно, – кивнул царевич. – И касаться оно будет скорого казанского нашествия…

– Так ваш батюшка про это говорил, – сказал Селиверстов. – Вроде бы порешали всё? Или какие-то новые указания будут?

Царевич опять отпил и отставил в сторону чашку, чуть подвинул блюдце в сторону. Он посмотрел на Селиверстова, который тоже взял свою чашку. В отличие от царя, который любил кофе, Селиверстов предпочитал зелёный чай.

Маргарита Николаевна умела неплохо заваривать и этот напиток.

После того, как чашка с зелёным чаем коснулась блюдца, Владимир Васильевич заговорил:

– Конечно будут. Вы сами могли наблюдать, что моему отцу нездоровится. В последнее время я замечал не раз, что отец выглядел не так, как обычно. И он не всегда говорит то, что может быть верным.

– А что может быть верным? Только дать отпор татарам, показать им, что русичи тоже не лыком шиты! – усмехнулся Селиверстов.

– Не совсем так, – покачал головой царевич. – Можем и дать отпор, но… Татары будут не одни. Им будет помогать Крымское Ханство. А может быть вступится и Сибирский каганат. Соединившись воедино, они снова Золотой Ордой пройдут до дальних рубежей и разорят всё царство…

– Знать, такая судьба, – вздохнул Селиверстов.

Царевич встал, подошел к окну, занавешенному шторами. Дернул пару раз за ткань, расправляя складки. Потом повернулся к сидящим и усмехнулся:

– Судьба… А ведь у всех она разная, судьба-то эта.

И то, что родился сыном царя, тоже не решает, что проживешь всю жизнь в праздности и довольстве. Знаете, господа, как-то в молодости царь-батюшка вывез нас троих на дальний рубеж. Вместе с бедной семьёй мы прожили в лачуге неделю. Он хотел показать нам различие между царской жизнью и жизнью бедняков.

– И что? Вы увидели большие различия? – спросил с улыбкой Шуйский.

– Да, различия были невероятные. Об этом каждый из нас сказал царю-батюшке.