Рюрикович 2

– Да? А мне что-то подсказывает, что эта яхта вовсе не то место, где вам будут рады, – снова встрял Романов.

Годунов нахмурился и собрался было высказать княжичу пару ласковых, но снова вмешалась княжна:

– Ну, право, Михаил Данилович, что же вы задираетесь? Я специально отослала всю команду, так что мужчины теперь могут доказать, что они не только на словах могут красоваться, но и показать себя в деле. Или мне всё-таки вернуть команду назад?

– Что касается меня, то я могу управлять яхтой, – кивнул я в ответ.

– Что касается других, я не знаю. Но вот Борис уже выбрал свою роль – он будет удерживать княжну Карамзину от падения.

Всё-таки шутка может разрядить ситуацию. Собакина и Карамзина улыбнулись. Боярышня Дорничева смотрела с лёгкой полуулыбкой. Я ничего не знал про неё, но если эту черноволосую девушку взяли в «крылатые всадники», то явно не просто так. Возможно, она, как и Годунов, является хорошим лекарем.

А может быть и боец хороший, только пока не было времени проявить себя.

– Мы с отцом не раз ходили на рыбалку, – проговорил Шуйский. – Так что управляться со снастями я умею – смогу обеспечить уловом.

Ого, вот это уже что-то. Если человек умеет рыбачить, то он уже достоин уважения. Всё-таки не просто прожигатель отцовских денег, а тот, кто сможет заработать на жизнь в случае чего.

– А я могу командовать! – выпятил грудь вперёд Романов. – Мало кто сможет быть таким хорошим капитаном.

– Ну уж нет, – покачала головой Бесстужева. – На этой яхте буду командовать я и все, кто вступит на палубу, станет выполнять мои приказы. Или мужчины боятся подчиниться женщине?

Девушки улыбнулись так, что сразу стало понятно – они оценили подначку по достоинству. Молодым людям же сейчас предстояло выбрать – либо отказаться, либо принять условия игры.

Весьма спорный момент, но… Я люблю риск. И не боюсь показаться покладистым.

Тем более, что мне уже представлялось, как я направлю яхту в сторону заката, а рядом будет любоваться яркими красками боярышня Собакина…

– Я знал немало женщин, которые могли повести за собой! Знал женщин, из-за которых сгорали города и умирали государства. Поэтому я признаю ваше право капитана, княжна Бесстужева, – я чуть поклонился Екатерине Семёновне.

– И я не страшусь женских указов! – сказал Годунов.