Страж Кодекса. Книга VIII

Земля вокруг меня, ранее частично покрытая травой, изрыта котлованами. Все в этом месте так и кричало, что здесь произошла натуральная бойня, а не тренировка Охотника.

Разгорячённый до такой степени, что от моего тела валил пар, я начал выполнять каты. Одну за другой, без перерывов и пауз.

Трайн сотворил невероятное чудо, перековав Дагахар. Он сделал то, что удалось лишь одному кузнецу на моей памяти, выковавшему мой золотой молот из прошлой жизни. И ведь примечательно, что тот кузнец тоже был гномом.

Нужно было привыкнуть в новому оружию.

Да, наша связь с Дагахаром стала очень прочной. Мы будто были единым целым, но всё равно требовалось обвыкнуться. Тело должно запомнить ту тяжесть, которую с собой нёс молот. Его мощь, выливающуюся в этот мир потоком от единой мысли. Раньше мне приходилось прикладывать усилие, чтобы задействовать Дагахар, попутно напитывая его энергией, но не теперь... Теперь он сам стал частью меня, отчего наша синхронизация выросла с каких-то пятидесяти процентов до сотни, если провести аналогию.

Разумеется, моя тренировка привлекла внимание. Грохот и шум стоял такой, что его, скорее всего, было слышно не только в поместье, но и на почтительном расстоянии от него.

Первой посмотреть, что здесь происходит, примчалась Елена. И не одна, а с парочкой мини-медведей, с которыми игралась неподалёку от меня. Мелкой было интересно, чем я занимаюсь, но отвлекать она меня не стала, просто оставшись рядом.

Вслед за ней примчались А'тар с Генералом и Яриком. И пока я разрушал тренировочную площадку, наставники комментировали и отвечали на все вопросы, которые задавал их ученик.

А задавал он их много, буквально пожирая меня глазами и почти не моргая.

Выполнив последнее движение, после которого от меня разлетелась волна ветра, разметавшая сломанные манекены, я замер. Молот полыхал золотым пламенем, а Дагахар внутри него источал просто убийственную ауру. Он не простил того, что с ним сделали Трайн и я, но его гнев был не столь объёмен. Будто дракон и сам понимал, что его сосуд стал сильнее, а значит, теперь можно сеять больше разрушений.

Делать то, ради чего он был рождён.

Выдохнув, опустил молот, после чего стёр со лба пот и улыбнулся.

— Идеально, — с моих губ всё же сорвалось это слово.

По сравнению с прошлым молотом, этот практически ничем не уступал. Более того, он был в какой-то мере лучше, но легче. В разы легче!

Заметив, как к компании учителей Ярика и самого мальчишки прибавилась Лилит, двинул к ним.