Дионисов. За власть и богатство! - I

Ношение дробовика дворянами разрешалось именно с той же целью, что и на континенте — прорыв элементалей над океаном точно также случались. Но была одна маленькая проблема.

Точнее, две проблемы — один герб Дионисовых на стволе и второй герб на рукояти дробовика. А в моем положении лучше не давать повода для неудобных вопросов.

Поэтому я поймал моряка и спросил про слесарную мастерскую. Тот провёл меня во второй класс, в технические помещения, где я выловил местного слесаря, и он под моим чутким руководством успешно модифицировал дробовик в обрез.

Конец ствола успешно отпилил, а герб на рукоятке сточил напильником и затёр наждачной бумагой, слегка раскрошив ценное красное дерево.

— Рукоятку дробовика потом лучше поменять. И даже знать не хочу, как вы его добыли, — мрачно прокомментировал слесарь.

Да, пусть думает, что хочет, дело-то сделано.

На обеде к нам с Ангелиной подсели две старушки, сёстры, следовавшие в Атлантиду — небольшой континент между Африкой и Америкой, который мы собирались проплывать через пару недель.

Пересказывали подслушанное по радио, разные ужасы по поводу сухого закона — дескать, Болотниковы посредством оного пытаются упрочить свою власть в Империи, будет ревизия и уничтожение всего элитного алкоголя как инструмента алхимии — и тому подобное. Что из этого правда, а что старушечьи сплетни и фантазии — я пока не брался разбираться.

А госпожа Крестовоздвиженская с девицами в это время бегали по залу и раздавали какие-то листовки. Веснушчатая деваха, кажется, одна из трёх Ань, подбежала, сунула бумажку и нам, там было от руки написано:

«Пьянству — бой! Лекция о вреде распространения алкоголя, 4 зал для мероприятий, 18 октября, 18:00»

Ну вот еще! Неожиданно!

Я заметил, как Ангелина смотрит куда-то в зал, и потом понял, куда.

Омелия фон Огюст всë это время сверлила нас взглядом. А после обеда, поднимаясь из-за стола, Ангелина демонстративно взяла меня под ручку.

Это она чего? Чтобы ревность вызвать?

— Хреновый выбор, Алексашка, — прокомментировала она тихо.

— Очень хреновый.

— Ты о чем? А… Ну вот так вышло.

— А я то думала, что у тебя более изысканный вкус. Актриска… мда… Как школьник, ей богу.

— Есть у меня одна ахиллесова пята, — хмыкнул я. — Не могу проходить мимо несчастных и потерянных женщин. Но оправдываться не собираюсь!

— И не надо. Дело молодое. Просто будь начеку. И даже не только потому, что актриса и лицедейка. Вспомни, с каким скандалом она по трапу забиралась? Скандалистка. Стрёмный выбор, серьёзно.