Вызывайте ведьмака!

Инквизиторы решили проявить милосердие, спустили вниз кровать с матрасом и одеялом, и кормили ведьму прилично, хоть и без изысков. И сейчас, на тумбочке возле кровати, сохла вареная картошка, в большой эмалированной тарелке. Крошки съеденного хлеба она стряхнула на пол. В двухлитровой банке осталось немного молока.

В углу стояло закрытое крышкой ведро, вместо туалета, от него смердело.

На кровати жалась Лариса, закутавшись в свою роскошную норковую шубку. Ведьма была грязная и потухшая, и совсем не плакала. Она сразу поняла, что слезами здесь никого не разжалобишь, потому не стала терять на них энергию.

- Вставай, - приказал Михаил.

Лариса поднялась и понуро побрела следом за ним, наверх. А когда они вышли на поверхность, отец Зосима приказал:

- На колени, ведьма! – и указал глазами перед собой.

Лариса удручённо опустилась на колени.

- Отвечай, ведьма, - строго потребовал старец, - приносили ли вы жертвы бесам, когда совершали свои поганые ритуалы?

Лариса понимала, что надо солгать. От этого, возможно, сейчас зависела её жизнь, но взгляд старца прожигал её насквозь, и она не смогла совладать с собой.

- Да, без жертвы ритуалы не будут работать. Но это редко! Мы находили самых вонючих бомжей, которые давно никому не нужны!

- А приносили ли вы в жертву детей?

- Приносили, - упавшим голосом ответила Лариса, - покупали их у цыган или азиатов. Но они же для того их и рожают, чтобы потом продать! А мы давали хорошую цену!

Отец Зосима сменил тон и спросил умиротворённо:

- Раскаиваешься ли ты в содеянном?

Лариса пожала плечами:

- Но так все делают, я не лучше и не хуже других.

Старец обвёл взглядом инквизиторов:

- Теперь вы понимаете?

На Ларису смотрели с отвращением и брезгливостью.

- Я думаю, это красота ведьмы вводит вас в смущение, - небезосновательно предположил старец, - подай ка мне вон те ножницы!

Он кивнул Ивану, тот стоял рядом с местом, где на гвозде висели большие ножницы. Тот кивнул, снял их и протянул старцу.

Отец Зосима схватил роскошные волосы Ларисы, и обрезал почти под корень.

Глаза её наполнились слезами. Однако и без волос Лариса не стала безобразной.

Её снова отправили в подвал.

- Пожалуй, я переведу её на хлеб и воду, - сказал старец, - такие, как она, не заслуживают поблажек.

Никто, в этот раз, спорить не стал.

Нахмурившись, старец сообщил:

- Мне нужно много молиться, чтобы вас больше не могли найти. Ведьму придержим на неделю. Этого времени будет достаточно. И вы, братья, проведите это время в посту и молитве.