Вызывайте ведьмака!

На дачу отрока не возили, Константин Петрович соорудил ему что-то вроде аллергии на огородные растения, потому Анечка никогда и не настаивала.

Константин Петрович трепетно хранил и защищал как Анечку, так и своего сынка от всех, кто мог причинить им неприятности. Для этого использовал весь арсенал светлых магов, и получалось не хуже, чем у тёмных, даже им было чему поучиться.

Сын ещё нежился в постели, когда Константин Петрович вошёл в комнату.

- Жорка, вставай! - бесцеремонно сдёрнул с него одеяло.

- Ну пап, ты чего! - возмутился парень. Отца он не только уважал, но и побаивался.

Константин Петрович был взволнован и серьёзен как никогда, Егорушка это сразу заметил.

- Что-то случилось, па? - насторожился он.

Константин Петрович плюхнулся рядом, на кровать:

- Собирайся, тебе надо срочно уехать из Питера, хотя бы на пару недель.

- Па, я не могу! - упёрся сын. А сам подумал о чудесных голубых глазах, и не только, молодой ведьмы, с которой познакомился накануне.

Девушка была яркой и ветреной, и уехать сейчас, да ещё так надолго, значило потерять её навсегда! А Егорушка ещё не завершил сложный ритуал приворота!

- Наташку свою тоже забирай, и ей в городе оставаться небезопасно, - хмуро сказал отец.

Парень замер в изумлении - откуда..? Нет, отец не мог видеть его с ведьмой, это исключено! В который раз Егорушка убеждался, что скрыть от отца ничего не возможно, но решил не сдаваться:

- Па, она со мной не поедет, не сможет бросить работу, и я остаюсь.

Что случилось то? Может, всё не так плохо? - в глазах его заплясали чёртики, да что уж там - настоящие черти!

Константин Петрович тяжко вздохнул, понял, что не сможет переупрямить сына, а если будет настаивать, то он просто сбежит из дома, будет ещё хуже, молча поднялся и вышел из комнаты.

Что же делать? Он хорошо знал Мечислава, тот не отступит и проявит максимальную безжалостность, а его сынок уже изрядно засветился среди тёмных.

Он подошёл к окну и упёрся лбом в прохладное стекло. И тут, к нему на подоконник сел ворон, склонив голову, внимательно посмотрел на него и деловито проговорил:

- Кар!

Лицо Константина Петровича просветлело..

Василий с Полканом шли по подтаявшей дороге и радовались весеннему солнышку, когда к ним подлетел донельзя взволнованный ворон.