Вызывайте ведьмака!

- Так старрость может так и прриходит, внезапно!

- Что-то темнишь ты, брат, - покачал головой Василий, - давай, выкладывай, что у тебя стряслось?

- Да вот не вижу я, в последнее врремя, - со вздохом ответил ворон.

- Глаза, что ли, болят? – забеспокоился ведьмак.

- Тьфу ты! – раздражённо плюнул ворон несуществующую слюну, - пррри чём тут глаза? С ними всё в поррядке, слава Богам!

Василий отложил работу, и взглянул на пернатого друга внимательней:

- Ну ка, рассказывай, чего ты там не видишь?

- Чую, беда опять идёт, - поведал ворон, - и опять нам скорро в доррогу собирраться, в Питерр.

Только не так, как весной ехал, в рразвалочку, а прридётся поторропиться!

Василий усмехнулся в усы:

- Ну, в такой мороз даже я не решусь на санях ехать. Так что об этом можешь не беспокоиться. Когда выезжать прикажешь?

- Жди, - ответил мудрый ворон, - вот прридёт тебе прриглашение по почте, тогда и собиррайся! А больше я ничего сказать не могу. Всё будто серрой мглой покррыто. Знаю только, что всем, в этот рраз, крррепко достанется! И светлым твоим, любимым, и тёмным.

Ещё неизвестно, кому больше?

Василий тревожно задумался, то, что вещая птица не смогла рассмотреть суть проблемы, особенно беспокоило. Значит, кто-то очень сильный накинул на себя непроглядный морок, и может творить любое зло, не опасаясь наказания. С такой магией ни он, ни его друг ворон, прежде не сталкивались.

Василий осмотрел заготовки, посчитал, осталось не меньше двадцати. И он не был уверен, что успеет доделать работу в срок.

А теперь уже не был уверен, что вообще когда-либо сможет доделать. Раз ворон сказал собираться, значит без него не справятся, и враг очень серьёзный. Сможет ли он сам выжить в этой войне?

Укоризненно покачал головой и решил, что люди, доверившиеся ему, пострадать не должны. Да и ему самому сильные амулеты не помешают, продолжил работу с ещё большим рвением.

А ближе к полуночи зашёл в комнату, где проводил свои колдовские ритуалы.

Взял большую медную чашу. Налил в неё заговорённую воду, набранную из заповедного родника, бросил в неё травы и поставил на сложенные заранее сосновые дрова.

Плеснул на них ароматное масло и зажёг. Огонь разгорался, а ведьмак подкидывал в него особые корешки.

Дым от открытого огня частью уходил в печную трубу, но больше оставался в комнате, пока не затянул её полностью ароматным сизым облаком.

Вода в чаше закипела. Василий аккуратно снял её с огня, долго шептал заклинания и водил над ней руками.