Путешествие длиною в два захода солнца

Ладон был известен каждому — древний дракон, прошедший через тысячи сражений и сотни лет мудрости. Его глаза, глубокие и проникновенные, казалось, видели больше, чем могли бы рассказать любые слова.

— Вы так уверены, что знаете богов? — произнес Ладон, его голос звучал как грохот далекого грома, окутывая всех в этом лагере тяжестью его мудрости. — Не всегда они были такими. Когда-то они действительно любили человечество. Но война всё изменила. Смерть богов, титанов, великанов разрушила баланс. Когда титаны начали пожирать своих детей, а боги убивать своих родителей, мир был обречен.

И в том проклятии, которое Кронос возложил на своего сына перед смертью, заключена вечная борьба всех высших существ. С тех пор небеса стали полем битвы, а земля была окрашена золотой кровью. Злоба и ненависть, рождённые этими войнами, создали места, которые теперь прокляты. Эти проклятья источают болезни и смерть, отравляя не только богов, но и мир смертных.

Баал внимательно слушал, его мысли путались в хаосе слов Ладона.

Этот древний дракон говорил о вещах, о которых Баал знал лишь отдалённо, и эти знания были полны ужаса и ненависти.

Ладон замолчал на мгновение, его взгляд останавливался на каждом воине, как будто он пытался увидеть что-то глубоко внутри каждого из них.

— И все же, несмотря на все это, кто мы, чтобы судить? — его голос стал мягче, почти задумчивым. — Даже самый тяжкий грех, если он совершён ради благой цели, может быть прощен. Разве не так?

Он остановился перед Раваном, и в его взгляде было нечто такое, что заставило того склонив голову.

— Я прошу прощения, мастер Ладон, — тихо произнёс Раван, и в его голосе не было и намека на прежнюю уверенность.

Ладон кивнул, выражая прощение, но его взгляд оставался непреклонным.

— Нам нужно время, чтобы восстановиться, — сказал он, обращаясь ко всем. — В полнолуние мы проведём ритуал прощания с павшими. Это даст нам силы для новых сражений.

Когда Баал вернулся домой, Лира и Каэль уже ждали его. Лира сидела у очага, её лицо было бледным, а перевязанная рука слегка подрагивала.

Баал знал, что ей нужно было много сил, чтобы дойти до дома, но она упорно держалась, не позволяя себе показать слабость.

— Лира, тебе нужно отдохнуть, — сказал Баал, осторожно касаясь её плеча. — Я займусь ужином.

— Баал, я могу помочь, — возразила она, но в её голосе не было прежней твердости.

— Нет, — мягко, но решительно сказал он. — Тебе нужно восстановить силы.

Баал не стал спорить с ней дальше.