Возрожденный каратель. Том 1

Обычные трагедии войны.

- Если я выполню задание, то спасу не только Мэй и Ханюль. Но сложность неспроста крайне опасная. Я буду один против целой армии. А я не Звездный практик и даже не в Небесной области. Каковы мои шансы? Они не просто низкие. Они стремятся к нулю.

В похожей ситуации я оказался лишь раз, и все закончилось моей смертью. Но даже зная, что меня ждет, я не отступил и сейчас не отступлю. Ведь стоит один раз пожертвовать принципами - ты начнешь меняться. Это как трещина в колесе телеги. Поначалу она незаметна, однако с каждым поворотом она расширяется, пока колесо не сломается.

- Как говорится в клятве карателей: если мне суждено умереть за правое дело - я умру без колебаний.

Достав из ножен мечи, я вышел из леса и побежал к огромному зеленому шатру с золотым гербом Лесной Империи, разбитому в центре лагеря на безопасном расстоянии от города. Череда кровавых смертей начнется с командующего армией вторженцев.

- Я отрублю голову змее, - огонь решимости разгорелся в моих глазах.

Глава 41. Командующий Монкут

Воины, оставшиеся охранять лагерь, наблюдали за штурмом. Они смотрели вперед, не назад, и не ожидали атаки со спины. И я этим воспользовался.

Да еще сама судьба дала мне попутный ветер. Точнее дождь. Когда я вышел из леса, он только-только начинался, а когда побежал к лагерю, он неожиданно усилился. Вот и вышло, что если кто-то и смотрел в сторону леса, за сплошной стеной воды никто меня не увидел.

Водяной заслон работал в обе стороны. И так как они не видели меня, я не видел их.

Внезапно появившийся из водяной стены молодой воин Лесной Империи не старше двадцати лет сильно удивился, увидев меня перед собой и, растерявшись, даже не притронулся к стальной шипастой булаве, небрежно свисающей у него с пояса. Впрочем, его замешательство продлилось не дольше секунды. Неуловимый взмах меча, движение опередившее свист, и его жизнь прервалась. Воин падает лицом вниз и кровь, вытекающая из длинного разреза у него на груди, смешивается с вялотекущей водой, придавая ей оттенок молодого вина.

В лагере то и дело раздавались приглушенные вскрики, но не слова, поглощенные шумом дождя. Никто не успел поднять тревогу. Чтобы убить, мне хватало одного удара меча, мгновение и затухал очередной огонек жизни. Я прошел через лагерь как раскаленный нож через масло. Не ставя себе целью выполнить первое задание, оно уже было завершено наполовину.