Возрожденный каратель. Том 1

Без рук, без ног, лежал бы, подергиваясь, мешком на земле.

Моя кожаная броня оказалась вся дырах, из-под которых обильно текла кровь. К тому же, чтобы избавиться от навыков контроля, мне пришлось потратить половину оставшейся телесной сущности.

Если я хочу выжить, исключая побег, у меня остается всего один вариант. Я должен прибегнуть к крайним мерам - использовать жизненную силу. Но не так бездумно, как это делают остальные. Иссушают себя, ставят на грань, и жизненная сила беспорядочно растекается по всему телу, но лишь малая часть попадает в сосуд души, питая его.

Для других, это отчаянная попытка. Ведь практик после использования жизненной силы теряет свое развитие. Все, к чему стремился годами, десятками лет. Я же потеряю нечто иное.

Я обратил внутренний взор внутрь себя и время, казалось, остановилось. Взгляд прошел через вены, устремился по кровяному потоку к сердцу и к сердечным воротам - средоточию жизни. Протянул к ним иллюзорную руку и мягко коснулся.

- Запретная техника монахов-отшельников.

Этой технике в качестве благодарности за спасение жизни обучил меня один странствующий монах-отшельник с пика Безмолвной Горы. Их техники отличаются от техник Ордена и, тем не менее, между ними есть нечто общее - раскрытие потенциала человеческого тела. Но если каратели открывают Врата и усиление носит постоянный характер, то монахи специализируются на кратковременном взрывном усилении. Мощь их техник поистине огромна, но и цена за их использование так же огромна.

Обучив меня Сердечной Мантре, он нарушил самый главный запрет. Я и по сей день не понимаю, зачем он это сделал и почему передал именно эту технику, а не любую другую.

Каратели не требуют платы. Да, нас благодарили. Пускали в дом на постой. В тавернах порой кормили бесплатно. Но на этом все.

Правда, со временем люди стали считать, что их спасение - наш долг, неукоснительная обязанность, и даже этого не стало. Хотя в какой-то степени это утверждение верно.

Чтобы нарушить запрет и передать запретную технику постороннему, он должен был понимать, что если это вскроется, секта избавится и от него и от меня.

До этого я никогда не прибегал к этой технике. Цена была слишком велика - годы жизни. Но не тех, что сокращают срок жизни, приближают к старости. Приближается день смерти. Монах называл их годами судьбы.