Возрожденный каратель. Том 1

Две холмистых вершины сильно оттягивали халат, невольно приоткрывая разрез и показывая соблазнительную ложбинку. Ее длинные шелковистые волосы золотисто-медного цвета ниспадали до поясницы, словно водопад, и тщетно пытались скрыть аппетитную выпуклость в форме сердечка. Она изящно спускалась вниз по ступенькам, выставляя напоказ стройные белоснежные ножки.

Я вырос в Ордене, но не был монахом, и с юношеских лет предпочитал женщин постарше. Меня манил их шарм и созревшие прелести. Они как наливные яблоки становятся слаще.

 Но смотря на нее, огонь желания неожиданно разгорелся в груди. И не только там. Ниже стал набухать корень жизни.

- Ты! - заметив меня, воскликнула красавица.

- Я, - улыбнулся я и кивнул.

- Ты что здесь забыл? - спросила она ледяным тоном.

- Ну что за глупый вопрос, - вздохнул я и ответил: -Тренируюсь.

- Хм. - Ее сдавленное “хм” очень скоро переросло в заливистый смех.

Я подождал, пока она отсмеется, и тактично спросил:

- Закончила?

- Тренируется он, как же.

Такой как ты только и может, что за девушками в купальне подсматривать. - Вдруг ее лицо стало серьезным, и она начала кричать на меня: - А ну быстро свалил! И чтобы я тебя рядом с собой близко не видела!

Она красива и грациозна, и в то же время какая-то дикая. Характер у нее был, прямо скажем, не очень, однако за свою короткую, но насыщенную жизнь я понял одно - дикого зверя всегда можно приручить. Даже тигры становятся ручными.

- Может для начала представишься, прежде чем ноги об меня вытирать?

- Ах да, потеря памяти.

Слышала. Только знаешь, что: других ты может и обманул, но я, Кьюнг-Сун, знаю, какой ты на самом деле. Ты трус! Трус и слабак! Прикинулся мертвым, когда остальные сражались! Ты позор нашего клана! - крича на меня, она топала ножками, совсем как ребенок.

Не обращая внимания на ее возгласы и оскорбления, я сразу вспомнил это имя:

- Кьюнг-Сун? Моя невеста? Хе-хе.

- Даже не думаю меня так называть! - немедленно взорвалась она.

- Ничтожество, ты не стоишь и моего мизинца! Ты….

Если до этого, называя меня трусом и слабаком, Кьюнг-Сун кричала, но не была в гневе, то сейчас, когда я называл ее своей невестой, ярость и убийственные намерения явственно ощущались в ее словах. Мысль о том, что она станет моей женой, была настолько противна ей, что, как мне кажется, Кьюнг-Сун скорее покончит со мной. Хотя, скорее, это я стану трупом.