Светлейший-4. Корпус обреченных

Так что я не чурался использовать все подряд, чтобы не просто помочь себе в бою, но еще и сбить академически образованного противника с толка. А поскольку мы с Витей тренировались вместе, то и ему свое видение я передал. Несмотря на все сопротивления и постоянное обвинение меня в мухлеже.

— Это назовут грязным боем, — отозвался Виктор, набросив на поверженного любителя артефактов эфирную сеть.

— Какая разница, если работает?

— Согласен. Пригодилось же…

Я обновил защиту и сам подлатал щиты брата, когда мы вплотную оказались возле объекта нашего интереса.

Мужчина лет тридцати пяти, среднего роста, нормальной комплекции — не перекачанный, но и не задохлик. Темноволосый, с едва пробивающейся сединой. Одет так, что издалека покажется, будто это барахло из ближайшего магазина. Но я приметил пару дорогих марок — хорошие ботинки, добротные джинсы, кожаная куртка. Да и часы у него были пусть и не высочайшего сегмента, но рублей сто пятьдесят стоили. Так-то три средние зарплаты по столице…

Деньги у человека водились.

Я склонился над ним и схватил за руку, проверяя течение эфира, а заодно принялся пробивать ментальную защиту.

— Серьезный товарищ.

— Амулет? — догадался брат.

— Ага. Выверни его карманы.

В этот момент мужик распахнул глаза, и одна из цепочек на его груди вспыхнула и рассыпалась на звенья. По моей руке прошел мощный силовой заряд, словно током прошило.

Но я лишь улыбнулся.

— Нет, дорогой, со мной такие номера не пройдут.

А в следующий миг я проломил его ментальную защиту — резко, грубо. Мужик взвыл и затряс рукой, на которой носил часы. Стрелки циферблата сошли с ума и заметались в хаотичном движении. Понятно, все украшения были зачарованы.

Интересно, где они нашли настолько мощного артефактора? Впрочем, это пусть Черкасов выясняет — вопрос как раз по его специальности.

Вломившись в голову захваченного, я просто погрузил его в глубочайший сон. Виктор в это время шарил по его карманам, на асфальт падало разное барахло.

— Сигареты, зажигалка, пара каких-то гаек, бумажки… Никаких документов, — вздохнул брат.

— Не удивлен. Зачем ему светиться?

— Но человек-то явно непростой. У него штук десять таких артефактов было, Леш!

Просто он очень не хотел попасться, вот и все. Я бы не удивился, примени он один из артефактов на себе — так сказать, последний патрон. Но не успел или в последний момент сработал инстинкт самосохранения.