Легенда о свободе 2. Буря над городом

Я все десять лет, приходя сюда, в пустующий дом, чтобы поддерживать чистоту, вспоминала Мастера Фаэля, госпожу Лисиль, ну и Вирда, конечно. Добрый, ласковый мальчик. Я всегда знала, что он тоже станет Мастером Силы, как и его отец, – сердцем чувствовала.

Она оторвала глаза от вышивки и тревожно взглянула на Итина.

– Я кое-что услышала сегодня вечером, – госпожа Ратена замялась, а Итин насторожился. – Нет, Мастер Этаналь, не подумайте, что специально, но когда я приносила закуски, руки мои были заняты и закрыть себе уши я не могла.

Я слышала, что он провел все эти годы в Аре… да еще и в рабстве… Бедный мальчик! Он так худ и измотан, что в это легко поверить. Как же так, Мастер Этаналь? Да, госпожа Лисиль отказалась от всех привилегий жены Мастера Силы, но никто бы никогда и не подумал, что мальчику придется так тяжело! Помилуй нас, Мастер Судеб, никто ведь даже не знал, что она умерла! Если бы знали, Вирда давно усыновили – у покойного Мастера Фаэля было множество друзей, хотя бы тот же Советник Эниль.

Итин понимал беспокойство женщины, но он и сам не знал, как Вирд оказался в рабстве.

– Я так распереживалась, что вряд ли заснула бы сегодня, да и его хотела дождаться. Куда же он ушел, в ночь?

– Не знаю, госпожа Ратена, – пожал плечами Итин, – он ушел с другом. Куда – не сказал. Я и сам беспокоюсь, если честно.

Женщина одобрительно улыбнулась:

– Тоже не можете уснуть? Значит, будем ждать вместе, – и она вновь занялась своим вышиванием.

Итин задумчиво вглядывался в огонь. Почему раньше никогда он не замечал, сколько красоты и величия в пляшущих языках пламени? Прозрачные оттенки оранжевого, красного, желтого… Можно ли построить дворец – песнь огня? Он подарил бы его Иссиме. Она настолько прекрасна: глаза – голубое небо, волосы – лучи золотого солнца, фигура – изящная скрипка… Увидеть бы ее улыбку сейчас наяву, а не в мечтах…

Стук в дверь вывел из забытья Итина и оторвал от вышивания госпожу Ратену.

Она поспешила в прихожую, чтобы отворить, а Итин последовал за ней. Скорее всего, это Вирд вернулся.

Но из предрассветных сумерек вышел, переступив через порог дома, темноглазый человек плотного сложения и среднего роста, его длинные черные волосы, заплетенные в семь кос, доходили до колен, черты лица были резкими, будто высеченными скульптором из камня без особой щепетильности, выглядел он хмурым и озадаченным. Итин узнал Мастера Стихий – Советника Эбана.