Легенда о свободе 2. Буря над городом

– За девушку ответишь головой, – добавил он, оставляя Эдрал со Стойсом и делая знак Вирду, что готов к перемещению, – и на север оденься потеплее, старый ты кузнечик.

Стойс всегда любое дело выполнял хорошо. Если уж он брался за что-то, то о качестве можно было не беспокоиться. За это Хатин уважал его, а еще больше за то, что тот не вошел ни в какой Круг, в отличие от Исмы. То, что сделал Исма, – больно… Но в бою нельзя позволить боли остановить тебя и дать врагу добить, нужно терпеть, вставать на ноги и сражаться.

Время для боли – после смерти тех, кто хотел убить тебя.

Хатин в последние годы слишком уж расслабился, стал доверять всем и каждому, перестал подвергать анализу и сомнению любое действие Совета, как делал лет пятьдесят назад. Он удовлетворился той нишей, где предоставили ему свободу Верховный и Семь: подготовка бойцов Золотого Корпуса, вооружение, создаваемое Мастерами Силы. Он позволил себя убедить, что большинство военных конфликтов Тарии не стоят его внимания, с ними может справиться и неодаренное командование, а политика – грязь, о которую ему лучше не мараться.

Он стал стареть… Хотя нет, дело не в этом – Эбонадо вот за триста!..

Просто он – Хатин Кодонак – самоуверенный осел, который думал, что лучше всех играет в стратегию. Но нашелся человек, начавший игру против всей Тарии и выигрывающий вот уже десять лет. А Мастер Стратег, словно потерявший нюх охотничий пес, который спит, когда мимо его конуры лисы проносят задушенных хозяйских кур, ничего не подозревал.

Да, он предчувствовал какой-то подвох в поведении императора Хокой-То, но что сам Верховный отправит его Золотой Корпус на бойню, где у них не будет шансов, даже не подозревал. Ну а кто мог предположить использование в этой войне эффов, специально натасканных на Одаренных? И то, что эффа, оказывается, так сложно убить?..

Следует отдать должное Эбонадо: он ведет игру настолько крупную, что заслуживает восхищения.

Он вышел за пределы поля, он привлек на свою сторону фигуры, о которых Кодонак даже не предполагал, что их можно использовать в игре. Атосааль переписал правила под себя. Но Хатин Кодонак, садясь играть, выигрывал, даже не зная правил. В этот раз Хатина не пригласили к столу, его просто использовали, как незначительную фигуру, но не в качестве игрока-соперника, – а в этом качестве он еще никогда и никому не проигрывал.

«Теперь сыграем, Атосааль.