Легенда о свободе 2. Буря над городом

«Он опасен», – думал Итин, наблюдая, как искупавшийся Мастер, Советник в мокрой облепившей его одежде выходит наконец из воды и движется нетвердым шагом, сбиваемый прибоем, увязающий в мокром песке, к ним с Иссимой. Он улыбается во весь рот. «Теперь он полностью здоров и ничто не помешает ему убивать». Итин все же невольно попятился назад.

Ках подходит к Иссиме, берет ее руки в свои и, низко склонившись, припадает к ним губами. Картина эта Итину совсем не нравилась, и волна гнева поднялась внутри – слишком страстно лобызает он ее руки!

Наконец он выпрямляется, сумасшедшая улыбка остается только в уголках его губ, в остальном он серьезен.

– Что вы знаете? – спрашивает он, и сердце Итина холодеет. Вот и настал тот час…

Советник Ках разворачивается всем корпусом, чтобы лучше видеть их обоих, и коса, слишком длинная, мешает ему, он неожиданно выхватывает из ножен на поясе небольшой кинжал, раздраженно отрезает свои волосы у самого затылка и отбрасывает прочь.

«Безумец!» – думает Итин.

– Так-то лучше… – шепчет Советник. И продолжает, глядя то на Итина, то на Иссиму: – Вам известно о пробуждении Древнего? – при этом он морщится.

Иссима непонимающе нахмурилась, а Итин застыл.

– Я все расскажу. Не бойтесь меня. Я разорвал этот проклятый Круг! Я СВОБОДЕН!!!

Итин же только и мог, что таращиться на свернувшуюся мертвой змеей на песке семифутовую отрезанную косу Каха.

Годже Ках

– Что за прическа, Ках!? Я едва узнал тебя! – Абвэн, недоуменно нахмурившись, разглядывал Годже, с трудом веря в то, что видит.

Он вошел в комнату только что. Это теперь единственное доступное для перемещений помещение в цитадели Шай. И конечно, дорогу к нему знают два «прыгуна» из Кругов Абвэна (Третьих Кругов): Дидой и Штас. Только благодаря им Каха, Итина и Иссиму не скрутили сразу же дежурившие здесь круглые сутки Тайные. Годже Каха – Советника, запомнившегося им с длинной, обмотанной вокруг шеи косой, охранники долго не могли узнать.

Этих двоих – Архитектора и праправнучку Эбонадо – Ках брать с собой не хотел, но оставлять их там, на побережье, тоже нельзя, а забрать после – может и не представиться другого шанса. Неизвестно еще, насколько быстро Верховный способен узнать о том, что он, Годже, вышел из Круга… Вышел! И остался жив! Может, и ненадолго – но жив! К заливу Годже переместился самостоятельно, но после исцеления (именно это слово – верное определение!..