Михаил Освобожденный. Том III

Он в стороны восемь щупалец «распушил», каждый сжимал магобой.

А с левой стороны шел финфолк – страшная гуманоидная рыбина. Мускулистая, с синей чешуей, острыми плавниками, с исковерканными руками.

Глянул магическим зрением и понял, эта гоп-компания по мою душу.

Увидел на бабке ментальное заклинание, которое цеплялось колючками к головам всей банды.

Такие хитрые поводки.

Заклинание очень напоминало грубое психодоминирование.

Ратмир.

Неприятно. Он тварь и здесь умудрился ловушкой нагадить.

Все были сильно отравлены фиолетовой энергией.

Плетение темными гусеницами, свисало с голов.

– Будут бить.

– Да ладно? – послышался в голосе Плава сарказм. – Думал, как в библиотеку пройти, спросят. Песню споют.

Нервничал боец.

Понимаю.

Еще из неприятных новостей у этого сборища и боевые артефакты имелось.

От них сильный фон: синие, фиолетовые и красные вихри энергии.

Сколько здесь ребят, способных швырнуть заклятье, я не знал. Сколько артефактов – непонятно. Одно я ощутил четко: какую-то дрянь защитную, Хель – доступ к пустотной магии на эту схватку закрыла.

Плохо… Ой, как плохо.

– Это кикимора, – шепотом сказал Плавун.

– И что это значит?

– Опасная.

Лять, а я думал безобидная!

Хотел спросит, что кикиморы умеют делать, но они уже недалеко от нас встали.

Как-то при них и неудобно.

Я бы даже сказал – неприлично.

Бабка неприятная, с брезгливым выражением на кривой морде. Тонкая черточка губ.

Сама она тощая.

Неестественно длинные руки и ноги.

Ну, что сказать? Ребята были настроены решительно.

Бабка вот в норме. Она единственная кто не попала под воздействием магии, а значит идейная.

Единственная, кто по своей воле что-то делала.

Кикимора проорала, руку подняв и впечатляющие когти продемонстрировав:

– Всем на выход, соратники! Могут быть случайные жертвы! Вам, братья и сестры, это не нужно! Захватчики с глубин никогда не смогут закрепить тут свою власть!

Плав насмешливо фыркнул.

Русалы послушались и спокойно вышли. Не сказал бы, что кто-то какое-то особое недовольство показывал.

С пониманием, так сказать, отнеслись.

Кассия с очень несчастным видом за прилавок спряталась. Это правильно она расстраивается. Задницей чую, мы тут сейчас все сожжем.

– У нас к этому сухарю дело, – проговорила кикимора, в мою сторону когтем ткнув. – И ты его отдашь. Мы его нашинкуем. Ты, Плав, уйдешь живым.

Витязь сохранял спокойствие.

– Шиша, он под защитой Черномора, ты рискнешь?

– Рискну.