Венера на половинке раковины. Другой дневник Филеаса Фогга

И даже сумей они заставить нас автоматически любить его по умолчанию, Заппо это вряд ли бы удовлетворило. Он хотел, чтобы наша к нему любовь была нашим собственным свободным выбором, чтобы мы любили его лишь потому, что его нельзя было не любить. Но он не осмелился убрать гасящие цепи, ведь тогда, скажи мы ему, что его не любим, он бы этого не вынес. Поэтому он постоянно пребывал в аду своих нереализованных желаний.

– Как и вы все, – посочувствовал Саймон.

– Это да. Заппо часто говорил, что все в замке, включая его самого, – роботы.

Мы были специально созданы роботами, он же стал им по чистой случайности. Яйцеклетка и сперматозоиды его родителей определили его достоинства и пороки. Свободной воли у него было не больше, чем у нас.

Саймон взял в руки банджо, настроил его и произнес:

– Бруга изложил весь философский дискурс в одном стихотворении. Оно называется «Афродита и Философы». Я сейчас спою его для тебя.

– Зримый мир, – изрек Сократ,

– Лишь тень и наважденье, брат!

– Да нет же, братцы, мы все монады,

– Изрек юный Лейбниц, посеяв гонады.

Старина Кант был во всем тики-так!

Вставал его член по часам? Когда как.

А пресловутый императив?

Эх, ему б позадорней мотив!

Будь нос Клеопатры чуток короче,

Восхищался б папаша своею дочей?

А как там у Цезаря по части траха?

Вставал его член без упрека и страха?

Он точно елозил при виде Брута

До самой своей последней минуты.

Виват, Император! Он трахал весь мир,

И не имел недостатка дыр.

Кто-то скажет: стрела Купидона

Сильнее любого царя и закона.

Вам подтвердит это Кларенс Дарроу —

Мол, каждый имеет право на пару.

И нечего нас пугать развратом,

Если к молекуле клеится атом.

Мы все незримой связаны нитью,

Что так и тянет нас всех к соитию.

Телка в восторге: заарканила шейха!

Но ты заарканить его сумей-ка!

Невдомек дурехе, что она просто цыпа

В лапищах у плотоядного типа!

– Это лишь список искателей ответов, – заметила Чворктэп.

 – Бругой, как и тобой, двигал специфический набор генов, который вынуждал его искать несуществующие ответы.

– Возможно, – согласился Саймон. – Но как объяснить то, что ты, лишенный свободы воли робот, сбежала от своего хозяина?

– Совершенно случайно. В припадке ярости Заппо ударил меня вазой по голове. Я потеряла сознание, а когда пришла в себя, то поняла, что могу его ослушаться. Удар разнес вдребезги главную плату.